08.05.2026 05:00
Качество требует времени.
Качество требует времени.
— Ну, хорошо. Но предупреждай заранее.
— Договорились.
И он сел за компьютер и продолжил писать код. Как будто ничего не было.
Как-то под Новый год он снова исчез. Я ждал неделю. Другую. Набрал его — трубку взял, но голос был пьяным и заплетающимся:
— Виктори... — протянул он. — Я сдал анализы. Я болен туберкулёзом.
— ЧЕГО?! — я аж подскочил на стуле. — Ты что несёшь?!
— Серьёзно, — его голос звучал пугающе спокойно. — Я болен. Остановка лёгких, всё такое.
— Жорж, ты где?! Ты лечишься?!
— Дома, Виктори. Лежу.
Я положил трубку и почувствовал, как по спине побежал холодок. Мы с ним сидели в одном кабинете несколько месяцев. Я дышал одним воздухом с человеком, который болен открытой формой туберкулёза.
Я позвонил своему кенту — он сейчас директор завода «Фрест». Хороший мужик, мы много лет вместе работали.
— Слышь, — говорю ему без предисловий. — Срочно. Сдаём анализы на туберкулёз.
— Ты чё, с дуба рухнул? — удивился он. — С чего вдруг?
— Жорж заболел. Мы с ним в одном кабинете сидели. И ты заходил.
Трубка замолчала. Потом:
— Твою мать... Диктуй адрес больницы, я подъезжаю.
Мы быстро сдали анализы, сделали рентген, флюорографию. Врач посмотрел снимки, пожал плечами:
— Всё чисто. Никакого туберкулёза. Вы здоровы.
— Уверены?
— На сто процентов. Лёгкие как у младенца.
Мы вышли из больницы, переглянулись. И вдруг до нас дошло.
— Да он просто напился в хлам и придумал эту историю! — воскликнул я. — Чтобы мы отстали!
— Твою мать, — мой кент схватился за голову. — А мы тут анализы сдаём, паникуем...
— Ладно, — я махнул рукой. — Зато здоровы. Поехали на дачу — лечиться.
— Лечиться?
— Ну да. С коньяком, шашлыком, баней. Ты как?
— Я — за.
Продолжение следует...
— Ну, хорошо. Но предупреждай заранее.
— Договорились.
И он сел за компьютер и продолжил писать код. Как будто ничего не было.
Как-то под Новый год он снова исчез. Я ждал неделю. Другую. Набрал его — трубку взял, но голос был пьяным и заплетающимся:
— Виктори... — протянул он. — Я сдал анализы. Я болен туберкулёзом.
— ЧЕГО?! — я аж подскочил на стуле. — Ты что несёшь?!
— Серьёзно, — его голос звучал пугающе спокойно. — Я болен. Остановка лёгких, всё такое.
— Жорж, ты где?! Ты лечишься?!
— Дома, Виктори. Лежу.
Я положил трубку и почувствовал, как по спине побежал холодок. Мы с ним сидели в одном кабинете несколько месяцев. Я дышал одним воздухом с человеком, который болен открытой формой туберкулёза.
Я позвонил своему кенту — он сейчас директор завода «Фрест». Хороший мужик, мы много лет вместе работали.
— Слышь, — говорю ему без предисловий. — Срочно. Сдаём анализы на туберкулёз.
— Ты чё, с дуба рухнул? — удивился он. — С чего вдруг?
— Жорж заболел. Мы с ним в одном кабинете сидели. И ты заходил.
Трубка замолчала. Потом:
— Твою мать... Диктуй адрес больницы, я подъезжаю.
Мы быстро сдали анализы, сделали рентген, флюорографию. Врач посмотрел снимки, пожал плечами:
— Всё чисто. Никакого туберкулёза. Вы здоровы.
— Уверены?
— На сто процентов. Лёгкие как у младенца.
Мы вышли из больницы, переглянулись. И вдруг до нас дошло.
— Да он просто напился в хлам и придумал эту историю! — воскликнул я. — Чтобы мы отстали!
— Твою мать, — мой кент схватился за голову. — А мы тут анализы сдаём, паникуем...
— Ладно, — я махнул рукой. — Зато здоровы. Поехали на дачу — лечиться.
— Лечиться?
— Ну да. С коньяком, шашлыком, баней. Ты как?
— Я — за.
Продолжение следует...