23.05.2026 05:00
Часть 2.
Часть 2. Самое опасное — безысходность простого человека
Я не хочу, чтобы эпицентром внутреннего напряжения стали мы — ветераны, бойцы, семьи участников СВО, те, кто прошёл через фронт, потерял здоровье, друзей, привычную жизнь и пытается заново найти своё место в мирной системе.
Но это касается не только ветеранов.
Это касается простых людей.
Тех, кто работает.
Растит детей.
Платит налоги.
Ждёт своих родных.
Помогает фронту.
Переживает, терпит и надеется.
Тех, кто часто остаётся один на один с бедой, бюрократией, равнодушием и ощущением, что его никто не слышит.
А когда простого человека долго не слышат, появляется безысходность.
И вот этого я боюсь больше всего.
Я не хочу, чтобы люди от безысходности уходили в злость.
Не хочу, чтобы они собирались в преступные группы.
Не хочу, чтобы возвращались 90-е.
Они слишком дорого дались нашей стране. Очень дорого.
Страхом.
Кровью.
Потерянными судьбами.
Разрушенными семьями.
Погибшими людьми.
Я не хочу, чтобы снова гибли люди.
Не хочу, чтобы молодёжь искала силу не в созидании, а в криминале.
Не хочу, чтобы взрослые мужчины, не найдя справедливости, уходили туда, откуда потом очень тяжело вернуться.
Не хочу, чтобы чья-то боль стала оружием в чужих руках.
И здесь важно сказать честно: вопрос не в руководстве по огромной части вопросов.
Я рад, что нас начали слышать.
Нас слышат министерства.
Нас слышат первые лица края.
Нас слышат люди, от решений которых действительно многое зависит.
И за это я хочу сказать спасибо.
Спасибо всем, кто нас поддерживает.
Спасибо тем, кто не отворачивается.
Спасибо тем, кто слушает не ради отчёта, а по-настоящему.
Спасибо тем, кто понимает: за каждым обращением стоит не бумага, а человек. Его семья. Его боль. Его надежда.
Но проблема нередко возникает ниже — на местах, внизу системы.
Была когда-то немецкая методичка о том, как разваливать государство изнутри. Суть простая: чтобы ослабить страну, не всегда нужно бить в лоб. Достаточно, чтобы на местах люди начали саботировать работу, затягивать решения, плодить формализм, создавать волокиту и относиться к человеку как к помехе.
И сегодня я вижу, насколько это опасно.
Когда конкретный человек из-за лени, равнодушия, формального подхода или привычки «забить на мелочь» не делает то, что обязан сделать.
Не перезвонил.
Не уточнил.
Не передал информацию.
Не объяснил порядок действий.
Не довёл вопрос до конца.
Отмахнулся от человека, которому и так тяжело.
Для кого-то это мелочь.
А для человека — это жизнь, боль, семья, нервы, доверие к системе.
И вот из таких «мелочей» потом может разгореться большое пламя наверху.
Из одного равнодушного ответа рождается обида.
Из одной неоказанной помощи — недоверие.
Из одной брошенной семьи — отчаяние.
А дальше этим уже могут воспользоваться те, кто только и ждёт, чтобы раскачать людей изнутри.
Так нельзя.
Нельзя лениться там, где речь идёт о людях.
Нельзя формально относиться к тем, кто пришёл за помощью.
Нельзя считать мелочью то, что для другого человека стало последней каплей.
Потому что в такой момент человек внизу, сам того не понимая, может начать делать работу врага.
Я не хочу, чтобы эпицентром внутреннего напряжения стали мы — ветераны, бойцы, семьи участников СВО, те, кто прошёл через фронт, потерял здоровье, друзей, привычную жизнь и пытается заново найти своё место в мирной системе.
Но это касается не только ветеранов.
Это касается простых людей.
Тех, кто работает.
Растит детей.
Платит налоги.
Ждёт своих родных.
Помогает фронту.
Переживает, терпит и надеется.
Тех, кто часто остаётся один на один с бедой, бюрократией, равнодушием и ощущением, что его никто не слышит.
А когда простого человека долго не слышат, появляется безысходность.
И вот этого я боюсь больше всего.
Я не хочу, чтобы люди от безысходности уходили в злость.
Не хочу, чтобы они собирались в преступные группы.
Не хочу, чтобы возвращались 90-е.
Они слишком дорого дались нашей стране. Очень дорого.
Страхом.
Кровью.
Потерянными судьбами.
Разрушенными семьями.
Погибшими людьми.
Я не хочу, чтобы снова гибли люди.
Не хочу, чтобы молодёжь искала силу не в созидании, а в криминале.
Не хочу, чтобы взрослые мужчины, не найдя справедливости, уходили туда, откуда потом очень тяжело вернуться.
Не хочу, чтобы чья-то боль стала оружием в чужих руках.
И здесь важно сказать честно: вопрос не в руководстве по огромной части вопросов.
Я рад, что нас начали слышать.
Нас слышат министерства.
Нас слышат первые лица края.
Нас слышат люди, от решений которых действительно многое зависит.
И за это я хочу сказать спасибо.
Спасибо всем, кто нас поддерживает.
Спасибо тем, кто не отворачивается.
Спасибо тем, кто слушает не ради отчёта, а по-настоящему.
Спасибо тем, кто понимает: за каждым обращением стоит не бумага, а человек. Его семья. Его боль. Его надежда.
Но проблема нередко возникает ниже — на местах, внизу системы.
Была когда-то немецкая методичка о том, как разваливать государство изнутри. Суть простая: чтобы ослабить страну, не всегда нужно бить в лоб. Достаточно, чтобы на местах люди начали саботировать работу, затягивать решения, плодить формализм, создавать волокиту и относиться к человеку как к помехе.
И сегодня я вижу, насколько это опасно.
Когда конкретный человек из-за лени, равнодушия, формального подхода или привычки «забить на мелочь» не делает то, что обязан сделать.
Не перезвонил.
Не уточнил.
Не передал информацию.
Не объяснил порядок действий.
Не довёл вопрос до конца.
Отмахнулся от человека, которому и так тяжело.
Для кого-то это мелочь.
А для человека — это жизнь, боль, семья, нервы, доверие к системе.
И вот из таких «мелочей» потом может разгореться большое пламя наверху.
Из одного равнодушного ответа рождается обида.
Из одной неоказанной помощи — недоверие.
Из одной брошенной семьи — отчаяние.
А дальше этим уже могут воспользоваться те, кто только и ждёт, чтобы раскачать людей изнутри.
Так нельзя.
Нельзя лениться там, где речь идёт о людях.
Нельзя формально относиться к тем, кто пришёл за помощью.
Нельзя считать мелочью то, что для другого человека стало последней каплей.
Потому что в такой момент человек внизу, сам того не понимая, может начать делать работу врага.