29.07.2026 13:37
Устал объяснять себе, почему я здесь, а они — нет.
Устал объяснять себе, почему я здесь, а они — нет.
Устал искать ответы, которых не существует.
Устал жить с этой сединой внутри.
Сединой — не на висках. Хотя и там её прибавилось.
Сединой — в душе. Там, где раньше горел огонь, теперь пепел.
Там, где раньше был азарт, теперь тишина.
Там, где раньше била жизнь, теперь мерный, тяжёлый гул.
Как эхо далёкого прилёта.
Как звук, который ты уже не отличишь — снаружи он или внутри.
Звезда чадит. Ракета гаснет.
Трассер чертит путь — не просто по небу. По судьбе.
Кому-то он указывает дорогу домой.
Кому-то — дорогу в вечность. Пальцеглазая судьба.
Она слепая и зрячая одновременно.
Слепая к молитвам.
Зрячая к каждому твоему шагу.
Гортань сожжена. Не спирохетой — войной.
Там, где должен быть голос, теперь только хрип.
И молитву я не прошепчу.
Я её просто промолчу.
Промолчу Тебе в тишину.
Промолчу Тебе в пустоту.
Может, Ты услышишь.
Может, нет.
Нет у меня ни лица, ни имени теперь.
Я сам себя не узнаю в зеркале.
Оттуда смотрит кто-то другой. Чужой. Уставший.
С глазами, которые видели то, чего не должно быть.
Я истаю. Как воск от лица огня. Медленно. Необратимо.
Капля за каплей.
Но Ты. Ты — Милосердый. Благой. Помысли обо мне.
Назови меня.
Потому что сам я себя назвать уже не могу.
Потому что сам я себя уже не помню.
Потому что я — это уже не я.
Это то, что осталось.
От крови и грязи уйти невозможно.
Она въелась в поры.
Она под ногтями. Она внутри.
Можно мыться часами.
Можно тереть кожу до мяса.
Не поможет.
Потому что грязь войны — она не на теле.
Она в душе.
Она в памяти.
Она в каждом «почему», на которое нет ответа.
Заберёшь ли меня к себе?
Когда придёт срок.
Когда Ты решишь, что хватит.
Что этот воин отслужил.
Что этот грешник наказан достаточно.
Что этот уставший человек наконец достоин покоя.
Заберёшь? Верить в это — единственное, что осталось.
Светлая память всем, кто не вернулся.
Вечная слава каждому, кто остался там, на передке.
И низкий поклон тем, кто вернулся — телом.
Но душой всё ещё там.
И это нужно понять.
И это нужно принять.
И с этим нужно жить.
Братья, обнял.
Братья, честь имею🫡
Устал искать ответы, которых не существует.
Устал жить с этой сединой внутри.
Сединой — не на висках. Хотя и там её прибавилось.
Сединой — в душе. Там, где раньше горел огонь, теперь пепел.
Там, где раньше был азарт, теперь тишина.
Там, где раньше била жизнь, теперь мерный, тяжёлый гул.
Как эхо далёкого прилёта.
Как звук, который ты уже не отличишь — снаружи он или внутри.
Звезда чадит. Ракета гаснет.
Трассер чертит путь — не просто по небу. По судьбе.
Кому-то он указывает дорогу домой.
Кому-то — дорогу в вечность. Пальцеглазая судьба.
Она слепая и зрячая одновременно.
Слепая к молитвам.
Зрячая к каждому твоему шагу.
Гортань сожжена. Не спирохетой — войной.
Там, где должен быть голос, теперь только хрип.
И молитву я не прошепчу.
Я её просто промолчу.
Промолчу Тебе в тишину.
Промолчу Тебе в пустоту.
Может, Ты услышишь.
Может, нет.
Нет у меня ни лица, ни имени теперь.
Я сам себя не узнаю в зеркале.
Оттуда смотрит кто-то другой. Чужой. Уставший.
С глазами, которые видели то, чего не должно быть.
Я истаю. Как воск от лица огня. Медленно. Необратимо.
Капля за каплей.
Но Ты. Ты — Милосердый. Благой. Помысли обо мне.
Назови меня.
Потому что сам я себя назвать уже не могу.
Потому что сам я себя уже не помню.
Потому что я — это уже не я.
Это то, что осталось.
От крови и грязи уйти невозможно.
Она въелась в поры.
Она под ногтями. Она внутри.
Можно мыться часами.
Можно тереть кожу до мяса.
Не поможет.
Потому что грязь войны — она не на теле.
Она в душе.
Она в памяти.
Она в каждом «почему», на которое нет ответа.
Заберёшь ли меня к себе?
Когда придёт срок.
Когда Ты решишь, что хватит.
Что этот воин отслужил.
Что этот грешник наказан достаточно.
Что этот уставший человек наконец достоин покоя.
Заберёшь? Верить в это — единственное, что осталось.
Светлая память всем, кто не вернулся.
Вечная слава каждому, кто остался там, на передке.
И низкий поклон тем, кто вернулся — телом.
Но душой всё ещё там.
И это нужно понять.
И это нужно принять.
И с этим нужно жить.
Братья, обнял.
Братья, честь имею🫡