Осужденный имеет право на возмещение вреда за отстранение от должности, решил КС Подтверждение виновности лица вступившим в законную силу приговором н…

Осужденный имеет право на возмещение вреда за отстранение от должности, решил КС

Как сбросить до 5 кг, восстановить ЖКТ и вернуть естественную красоту за 10 дней за счёт простых аюрведических рецептов на каждый день

Бесплатный вебинар: 3 принципа питания, которые работают даже при сидячем образе жизни

Смотреть бесплатно →

Подтверждение виновности лица вступившим в законную силу приговором не исключает его права на возмещение вреда за незаконное применение к нему меры процессуального принуждения – к такому выводу пришел Конституционный суд (КС). С жалобой туда обратился Павел Пономарев, который оспаривал нормы, регулирующие возможность возмещения утраченного заработка в подобных ситуациях.

На практике это решение не выглядит революционным, скорее КС уточнил стандарт рассмотрения таких требований. Возможное последствие для следствия – более осторожное отношение к ходатайствам об отстранении должностных лиц, говорит Ворожцова. «Эта мера по-прежнему остается законным инструментом, особенно по делам о должностных преступлениях, где важно исключить влияние на свидетелей, документы или подчиненных», – уточняет эксперт. Но после позиции КС ее применение должно быть не только формально санкционировано судом, но и реально обосновано обстоятельствами дела, резюмировала она.

Кейс сам по себе действительно необычный, но не такой редкий – ситуации, подобные этой, происходят, другой момент, что не все они доходят до таких постановлений, считает заместитель председателя коллегии адвокатов «Сулим и партнеры» Даниил Черных-Аипов. Интересно, что это разграничение давно обозначено в практике Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) и, хотя наша страна вышла из Совета Европы, эта логика все еще актуальна для конституционной доктрины КС, обратил внимание адвокат.

Так, ст. 53 Конституции устанавливает право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов власти, а ст. 52 гарантирует защиту прав потерпевших от злоупотреблений властью. КС справедливо указывает, что эти гарантии не могут быть обнулены фактом последующего осуждения, иначе само понятие «незаконное применение меры принуждения» утрачивает смысл в отношении лиц, признанных виновными, отмечает Черных-Аипов.

По словам собеседника, заслуживает внимания и то, как суд оценил маневр следователей с отменой преследования и немедленным перевозбуждением уголовного дела: по мнению суда, то, что новое уголовное дело возбуждено через два дня после отмены старого по тем же основаниям – это не «реабилитирующее» прекращение преследования, а лишь процессуальная корректировка. По логике КС, не заслуживает поощрения практика «перезапуска» уголовных дел в целях ретроспективного исправления нарушений без какой-либо ответственности за их последствия, заметил адвокат.