25.06.2026 16:28
(Продолж.
(Продолж. поста)
- Сыграй, скрипач! Миленький, сыграй!
Дед улыбнулся сквозь слезы и сопли:
- Не поможет... Ну давай, попробую. Нужно мочь...
Он начал играть. Сначала это была фуга Баха, где стокатто в самый напряженный момент вдруг перевалилось в Цоя ""Кукушку", а кукушечка бросилась в "Белорусский Вокзал" и вернулась Шостаковичем. В стенку стучали соседи. На Шостаковиче замолкли. Или сдохли или начали слушать гения наконец.
Теперь плакал я. Пока лилась музыка, мне казалось. Вот лежу я на высоте. Вокруг немцы. По мне работают шесть батарей своих же орудий. И единственное, что держит меня в живых, - вера, что люди там знают, что делают.
Война, как и наша память, вообще держится на доверии к своим, к тем, кто рядом.
Мы доверяем мёртвым право жить внутри нас, а они доверяют нам право помнить.
Музыка давно кончилась. В комнате звенела тишина июльской ночи. Я ощупал свою голову. Мне казалось, я поседел на той воображаемой высотке, пока по мне работали призрачные немецкие батареи. Но нет. В окне отражались мои черные вихры и седая косица старого рокера.
- Знаешь, Мерлин, -сказал Скрипач перед уходом. - Я ведь раньше думал, что главное в жизни - талант.
- А сейчас?
- Сейчас мне кажется, что главное — остаться человеком после всего увиденного.
На моем холодильнике стояла старая фотография его группы. Я специально воткнул перед его приездом. Думал, ему приятно будет. Уважуха и все такое. Молодые веселые лица.
Он со скрипочкой. Целая вселенная людей, которые ещё не знали своего будущего.
Скрипач посмотрел на неё очень внимательно. Подошел и положил рамку мордой вниз:
-А ведь нас всё-таки выбивает из седла. Просто иногда хорошие люди находят в себе силы снова подняться. И вот это, наверное,
и называется мужеством- способность после очередного падения снова поставить ногу в стремя даже если рядом уже никого не осталось, кроме памяти. А память, как известно, очень упрямая лошадь.
Тут он прямо просветлел своим зареванным морщинистым лицом.
- Вау! Я так и назову новый альбом :"Память - Упрямая Лошадь."
- Какой новый альбом? - опешил я. - Ты что - группу собрал?
- Соберу сейчас. Название альбома то вон уже придумалось. Не бином Ньютона хороших ребят собрать, когда есть что вспомнить...
Рок-Н-Ролл жив, так-то...
- Сыграй, скрипач! Миленький, сыграй!
Дед улыбнулся сквозь слезы и сопли:
- Не поможет... Ну давай, попробую. Нужно мочь...
Он начал играть. Сначала это была фуга Баха, где стокатто в самый напряженный момент вдруг перевалилось в Цоя ""Кукушку", а кукушечка бросилась в "Белорусский Вокзал" и вернулась Шостаковичем. В стенку стучали соседи. На Шостаковиче замолкли. Или сдохли или начали слушать гения наконец.
Теперь плакал я. Пока лилась музыка, мне казалось. Вот лежу я на высоте. Вокруг немцы. По мне работают шесть батарей своих же орудий. И единственное, что держит меня в живых, - вера, что люди там знают, что делают.
Война, как и наша память, вообще держится на доверии к своим, к тем, кто рядом.
Мы доверяем мёртвым право жить внутри нас, а они доверяют нам право помнить.
Музыка давно кончилась. В комнате звенела тишина июльской ночи. Я ощупал свою голову. Мне казалось, я поседел на той воображаемой высотке, пока по мне работали призрачные немецкие батареи. Но нет. В окне отражались мои черные вихры и седая косица старого рокера.
- Знаешь, Мерлин, -сказал Скрипач перед уходом. - Я ведь раньше думал, что главное в жизни - талант.
- А сейчас?
- Сейчас мне кажется, что главное — остаться человеком после всего увиденного.
На моем холодильнике стояла старая фотография его группы. Я специально воткнул перед его приездом. Думал, ему приятно будет. Уважуха и все такое. Молодые веселые лица.
Он со скрипочкой. Целая вселенная людей, которые ещё не знали своего будущего.
Скрипач посмотрел на неё очень внимательно. Подошел и положил рамку мордой вниз:
-А ведь нас всё-таки выбивает из седла. Просто иногда хорошие люди находят в себе силы снова подняться. И вот это, наверное,
и называется мужеством- способность после очередного падения снова поставить ногу в стремя даже если рядом уже никого не осталось, кроме памяти. А память, как известно, очень упрямая лошадь.
Тут он прямо просветлел своим зареванным морщинистым лицом.
- Вау! Я так и назову новый альбом :"Память - Упрямая Лошадь."
- Какой новый альбом? - опешил я. - Ты что - группу собрал?
- Соберу сейчас. Название альбома то вон уже придумалось. Не бином Ньютона хороших ребят собрать, когда есть что вспомнить...
Рок-Н-Ролл жив, так-то...