25.08.2026 12:45
⚠️Безнаказанное преследование Угрозы, слежка, преследование у работы и дома, похищения, запугивание оружием — это не с
⚠️Безнаказанное преследование
Угрозы, слежка, преследование у работы и дома, похищения, запугивание оружием — это не сцены из триллера, а реальная жизнь тысяч россиян. Жертвы сталкинга годами живут в страхе, теряют сон, работу, здоровье. У каждой третьей развивается психическое расстройство. Но правоохранительные органы остаются бессильны. Почему?
В российском законодательстве нет понятия «сталкинг». Нет отдельной статьи ни в Уголовном, ни в Административном кодексе. Полиция не может привлечь преследователя к ответственности, пока он не перешёл к физическому насилию.
Женщины обращаются в полицию, но слышат в ответ: «преследование — это не преступление». Они вынуждены скрываться, менять города, жить в кризисных центрах.
Эксперты и общественники годами добиваются принятия закона о сталкерстве. Но законодатели не торопятся: сложно определить критерии, найти грань между навязчивым вниманием и преступлением. Пока они ищут эту грань, жертвы продолжают жить в аду. И ждать, когда их услышат.
Угрозы, слежка, преследование у работы и дома, похищения, запугивание оружием — это не сцены из триллера, а реальная жизнь тысяч россиян. Жертвы сталкинга годами живут в страхе, теряют сон, работу, здоровье. У каждой третьей развивается психическое расстройство. Но правоохранительные органы остаются бессильны. Почему?
В российском законодательстве нет понятия «сталкинг». Нет отдельной статьи ни в Уголовном, ни в Административном кодексе. Полиция не может привлечь преследователя к ответственности, пока он не перешёл к физическому насилию.
Женщины обращаются в полицию, но слышат в ответ: «преследование — это не преступление». Они вынуждены скрываться, менять города, жить в кризисных центрах.
Эксперты и общественники годами добиваются принятия закона о сталкерстве. Но законодатели не торопятся: сложно определить критерии, найти грань между навязчивым вниманием и преступлением. Пока они ищут эту грань, жертвы продолжают жить в аду. И ждать, когда их услышат.