Расплата за любовь - 41 – Виктория Викторовна, вы-то что сидите?!

Расплата за любовь - 41 – Виктория Викторовна, вы-то что сидите?! – крикнула Зоя. – Скорее!
Инга побледнела как полотно:
– Успокойтесь и перестаньте орать! – потребовала она от технички. – Где он?!
– Так на улице! Где же ещё? Говорю же, убился… – развела руки в стороны техничка.
Не теряя больше времени, Инга выбежала вместе с Викторией из школы и увидела, как по школьному двору, в сопровождении других детей, физрука и двух учителей старших классов, идёт Ваня Негода. Он сильно хромал, но был цел и только хмуро поглядывал по сторонам.
– Принимайте своего охламона, – кивнул на мальчика физрук, обращаясь к Инге. – Вывалился из окна вместе со стеклом. Хорошо хоть не сильно порезался, и уж совсем прекрасно, что этаж первый.
– Денис Петрович! Да отнесите же вы его на руках, – потребовала Виктория. – Вы с ума сошли? Ему же нельзя ходить. Вдруг там перелом или трещина! Видите, он едва наступает на ногу! Быстро ко мне в кабинет!
Распорядившись, она первая побежала вперёд, как будто хотела показать ему дорогу. А Инге хотелось вырвать мальчика из рук физрука и как следует отхлестать по щекам, чтобы в следующий раз думал, прежде чем что-то делать.
Виктория тем временем созвонилась с амбулаторией и приехавший фельдшер, вместе с ней осмотревший мальчика, успокоил её, сказав, что переломов нет.
– Несколько неглубоких порезов, ушиб мягких тканей. Коленкой сильно ударился, но тоже ничего серьёзного.
– Значит, не будем отправлять в больницу? – спросила его Виктория.
Стоявший позади них директор школы, пришедший сюда, как только узнал о случившемся, покачал головой:
– Если Павел Васильевич говорит, что этого не нужно, значит не спорьте с ним. С вас-то как с гуся вода, а меня в гороно на каждом совещании расстреливать будут. И объяснительными замучают. Это же настоящее ЧП!
Он повернулся и увидел Ингу, стоявшую у двери.
– Пройдёмте со мной, Инга Валерьевна, – строго сказал он ей, глядя поверх роговых очков. – Думаю, нам есть о чём поговорить с вами.
***
– Ну-с, я жду ваших объяснений.
Инга вздрогнула, подняв испуганный взгляд на директора, но что сказать ему не знала. Тогда он продолжил сам.
– Вы обязаны быть вместе с вашим классом даже на переменах! Понятно вам это или нет? Если бы вы находились рядом, ничего бы не случилось! Это хорошо ещё, что все обошлось так. А если бы ребёнок погиб? За это была бы тюрьма и вам, и мне!
Инга ощутила, как сильно бьётся её сердце. Она старалась найти подходящие слова, но смогла только пролепетать виновато:
– Иван Сергеевич, Ваня выпал из окна случайно. Он такой непослушный ребёнок.
Директор отвернулся, как будто хотел отмахнуться от её слов.
– Это не имеет значения! – его голос звучал резко. – Такой халатности быть не должно. Вы должны контролировать поведение детей! Когда вы сами попросились на вакантное место, я даже обрадовался, что так быстро нашёл замену их бывшей учительнице. Но теперь думаю, что поторопился.
– Иван Сергеевич…
– Я не хочу больше слышать оправданий, – не дал он ей договорить. – И вот ещё что. Делайте, что хотите, умоляйте, ползайте на коленях, но родители Негоды сами должны замять это дело. Потому что если они пожалуются в отдел образования, я сразу же уволю вас. Безо всяких разговоров.
С этими словами он развернулся и вышел из учительской, оставив Ингу в глубокой задумчивости. Она вздохнула, пытаясь прийти в себя. Артём жаловаться не будет, это понятно. Но вот его жена… Значит, нужно действовать на опережение.
***
Вернувшись от директора, Инга набрала номер Артёма и, услышав его осторожное «Алло», сказала, с трудом сдерживаясь, чтобы не заплакать:
– Артём Викторович, вам нужно срочно приехать в школу. Вас вызывает директор из-за поведения вашего сына Вани.
– Что? Что он натворил? – спросил Артём.
– Приезжайте, и всё узнаете здесь сами, – не стала объясняться с ним она и сбросила вызов.
Встревоженный её расстроенным голосом, Артём был на месте уже через десять минут. Любу беспокоить он не стал, решив самостоятельно разобраться в том, что случилось.
Долгие полчаса директор рассказывал ему, к