Право на любовь - 32 - Вот ведь радость какая!

Право на любовь - 32 - Вот ведь радость какая! - продолжала заливаться соловьём Валентина Ивановна. - Ты вдруг стала хозяйкой нашего магазина? Давно, давно надо было этого Шабанова поганой метлой отсюда гнать. Если бы ты знала, какие дела он тут проворачивал, так бы и ахнула. Галка направо и налево просрочкой торговала, да водкой палёной. И цены задирали так, что мама не горюй. Мы тут все по семь раз перекрестились, когда Илья уволил Галину и взял на её место сначала Дарью, а потом и тебя. А только я всё равно не понимаю, Ксюша, как ты в хозяйки-то попала? Расскажи, чего уж. Интересно же. Ну что ж ты молчишь-то?
- Иго-го! - усмехнулась Ксения.
- А? - не поняла Валентина. - Ты чего это?
- Иго-го, говорю, - повторила Ксения. - Вы что, Валентина Ивановна, забыли, как лошади разговаривают?
- Обиделась, значит, - поджала губы мать Константина. - А ведь я ничего плохого не имела в виду. Ну, наговорила сгоряча. С кем не бывает. На самом-то деле я так не думаю. И Костя тоже говорит, что красивая ты и всё такое. Слушай! А он-то знает, что ты теперь тут главная?
- Ему-то какая разница? Главная для Кости теперь ваша распрекрасная соседка Олеся, - ответила ей Ксения. - Вы уж теперь у неё о своем сыне узнавайте.
- Хорошо, Ксюшенька, а ты, всё-таки, не обижайся на меня, - Валентина подхватила пакеты с покупками и направилась к выходу, но Ксения окликнула её:
- Валентина Ивановна, вы так и не оплатили товар. Мне считать, что вы его у меня украли? Или что, я так подала вам милостыню?
Грохнув пакеты об пол, Валентина вернулась, бросила на прилавок деньги, молча дождалась, пока Ксения отсчитает сдачу, потом натянуто улыбнулась ей.
- Зря ты так, Ксюша, - сказала она жалобно. - Я ведь к тебе по-хорошему, как мать. И на Костика не серчай. Он вон как сильно тебя любит, переживает очень. Ходит сам не свой. Больно смотреть даже. Пожалела бы ты его. В гости бы вечерком заглянула. Он-то у меня гордый. Первый ни за что мириться не пойдёт. А Олеся тут ни при чем. Это Юрка, её сынишка, к Косте привязался. Ну да ничего. Как только своих детей ему нарожаешь, Костя только ими заниматься будет.
- Тётя Зина! - прервала Валентину раздосадованная Ксения, глядя поверх её головы. - Как хорошо, что вы зашли. Мне только что привезли ваши любимые булочки, еще теплые.
- Так тебя можно поздравить, Ксюшенька?! - заулыбалась Зинаида. - Хорошо, ой как хорошо, что ты теперь тут хозяйка. Вот ведь, Валя, как повезло тебе с невесткой. Не каждой такое счастье достанется. Кем твой Костик до неё был? Немцем, которого и по имени-то мало кто помнил. Зато теперь все Константином величают. Давай, Ксюша, давай мне булочек восемь штук. Внуков угощать буду. Натуська моя привезла мне их до осени...
Постояв ещё немного, расстроенная Валентина снова подняла свои пакеты и поплелась к выходу. Как же так она опростоволосилась с этой Ксенией... Кто же знал, что она такой окажется? А ведь можно было у неё теперь бесплатно отовариваться. Экономия опять же была бы... Ещё обидчивая какая, лошадь. Игогокает стоит. Издевается, зараза...
- Ты что такие тяжёлые сумки таскаешь, мам? - окликнул её Константин, работавший со своей бригадой неподалеку от магазина. Он как раз вышел на улицу из дома с пустым ведром, чтобы набрать песок, и случайно увидел бредущую по тропинке мать. - Андрюху бы попросила, пусть бы помог.
Валентина в ответ только поморщилась:
- Обойдусь. Ты лучше скажи, что у тебя с Ксенией-то? Совсем разлад?
- Сам ещё не знаю, если честно, - вздохнул Константин и пожал плечами. - Ксюха вроде как беременная. Вот хочу с ней пойти поговорить.
- Как беременная?! - ахнула Валентина, роняя пакеты на затоптанную дорожку. - Это кто тебе сказал? Она?
- Нет, ничего Ксюха мне не говорила, покачал головой Константин. - Я сам так думаю. Тошнило её как-то на днях. Да и вообще... Психи все эти, нервы. Гормоны играть, видимо, начинают. Вот она и бесится.
- Так что же ты тут стоишь, остолоп несчастный? - всплеснула руками Валентина. - Беги к ней, извиняйся, цветов купи.
- Потом, - отмахнулся от матери Кон