22.07.2026 10:36
Financial Times: США присвоили $13 млрд нефтяных доходов Венесуэлы.
Financial Times: США присвоили $13 млрд нефтяных доходов Венесуэлы. Где они?
Администрация Трампа получила более $13 млрд от продажи венесуэльской нефти, но почти ничего не сообщила о том, что произошло с этими деньгами, пишет Financial Times.
▪️ Спустя шесть месяцев после того, как США взяли под свой контроль главный — нефтяной — сектор экономики Боливарианской Республики, экономисты отмечают, что "признаки восстановления экономики Венесуэлы относительно скромны". Это может говорить о том, что Вашингтон не вернул все доходы Каракасу, аккуратно пишет FT. Добавляя, что американские законодатели от обеих партий требуют объяснить, куда девались деньги.
Британская газета напоминает, что после январского похищения Мадуро Трамп заявил, что доходы Венесуэлы "будут контролироваться мной". В первоначальном указе Трампа, изданном в январе, говорилось, что средства будут принадлежать правительству Венесуэлы и храниться на правительственных счетах США "в качестве депозита и государственного имущества". Однако Министерство энергетики США заявило, что средства "будут распределены на благо американского и венесуэльского народов". В июне Трамп утверждал, что затраты США на военную операцию в Венесуэле "окупились 28 раз".
Как подсчитали в FT, рыночная стоимость отгруженной за полгода венесуэльской нефти должна составить $13 млрд. Однако венесуэльский сайт, созданный для отслеживания нефтяной выручки, показывает только один перевод на $300 млн. При этом, например, в Госдепе США заявили о $3 млрд, якобы направленных в Венесуэлу. Однако даже с учётом всех издержек разрывы слишком велики, чтобы объяснить их бухгалтерскими разночтениями.
К тому же, публичные формулировки описывают разные правовые режимы. Если США лишь хранят венесуэльские средства, то они не могут считать их собственным заработком. Если часть денег направляется на компенсацию американских военных расходов, это должно иметь отдельное юридическое основание. Если же Вашингтон самостоятельно определяет, какие расходы Венесуэлы допустимы, то речь идёт уже не об опеке над активами, а о внешнем бюджетном управлении.
▪️ Зная политический стиль Трампа, стоит ли удивляться, что выручка от продажи венесуэльской нефти растворилась в безвестности? Намного интереснее конструкция, которая выстраивается ради таких махинаций. Венесуэла сохраняет формальное право собственности на добываемую в стране нефть, но лишается права свободного распоряжения ею. Вашингтон может разрешать выплаты государственным служащим, финансирование нефтяного оборудования или восстановление инфраструктуры, одновременно блокируя траты, которые укрепляли бы самостоятельность нового правительства.
Опять же, Делси Родригес формально возглавляет Венесуэлу, но её возможности зависят от того, какие суммы и на какие цели согласится разблокировать американская администрация. Каракас получает достаточно средств для поддержания работы госаппарата и нефтяного сектора, но не обязательно достаточно — для самостоятельной политики или восстановления независимых от США силовых структур.
Однако для Трампа риски тоже велики, и значение промежуточных выборов в Конгресс возрастает. В случае утраты контроля хотя бы над одной палатой Конгресса нефтяные дела Белого дома могут стать объектом слушаний, запросов документов и инициированных проверок.
Администрация Трампа получила более $13 млрд от продажи венесуэльской нефти, но почти ничего не сообщила о том, что произошло с этими деньгами, пишет Financial Times.
▪️ Спустя шесть месяцев после того, как США взяли под свой контроль главный — нефтяной — сектор экономики Боливарианской Республики, экономисты отмечают, что "признаки восстановления экономики Венесуэлы относительно скромны". Это может говорить о том, что Вашингтон не вернул все доходы Каракасу, аккуратно пишет FT. Добавляя, что американские законодатели от обеих партий требуют объяснить, куда девались деньги.
Британская газета напоминает, что после январского похищения Мадуро Трамп заявил, что доходы Венесуэлы "будут контролироваться мной". В первоначальном указе Трампа, изданном в январе, говорилось, что средства будут принадлежать правительству Венесуэлы и храниться на правительственных счетах США "в качестве депозита и государственного имущества". Однако Министерство энергетики США заявило, что средства "будут распределены на благо американского и венесуэльского народов". В июне Трамп утверждал, что затраты США на военную операцию в Венесуэле "окупились 28 раз".
Как подсчитали в FT, рыночная стоимость отгруженной за полгода венесуэльской нефти должна составить $13 млрд. Однако венесуэльский сайт, созданный для отслеживания нефтяной выручки, показывает только один перевод на $300 млн. При этом, например, в Госдепе США заявили о $3 млрд, якобы направленных в Венесуэлу. Однако даже с учётом всех издержек разрывы слишком велики, чтобы объяснить их бухгалтерскими разночтениями.
К тому же, публичные формулировки описывают разные правовые режимы. Если США лишь хранят венесуэльские средства, то они не могут считать их собственным заработком. Если часть денег направляется на компенсацию американских военных расходов, это должно иметь отдельное юридическое основание. Если же Вашингтон самостоятельно определяет, какие расходы Венесуэлы допустимы, то речь идёт уже не об опеке над активами, а о внешнем бюджетном управлении.
▪️ Зная политический стиль Трампа, стоит ли удивляться, что выручка от продажи венесуэльской нефти растворилась в безвестности? Намного интереснее конструкция, которая выстраивается ради таких махинаций. Венесуэла сохраняет формальное право собственности на добываемую в стране нефть, но лишается права свободного распоряжения ею. Вашингтон может разрешать выплаты государственным служащим, финансирование нефтяного оборудования или восстановление инфраструктуры, одновременно блокируя траты, которые укрепляли бы самостоятельность нового правительства.
Опять же, Делси Родригес формально возглавляет Венесуэлу, но её возможности зависят от того, какие суммы и на какие цели согласится разблокировать американская администрация. Каракас получает достаточно средств для поддержания работы госаппарата и нефтяного сектора, но не обязательно достаточно — для самостоятельной политики или восстановления независимых от США силовых структур.
Однако для Трампа риски тоже велики, и значение промежуточных выборов в Конгресс возрастает. В случае утраты контроля хотя бы над одной палатой Конгресса нефтяные дела Белого дома могут стать объектом слушаний, запросов документов и инициированных проверок.