22.06.2026 15:13
Гипергликемическая кома: вызов к 60-летнему мужчине
Смена. Вызов.
Открывает дверь встревоженная женщина: «Он не просыпается, помогите…»
В комнате - мужчина шестидесяти лет. Лежит неподвижно, глаза закрыты. Кожа сухая, дыхание тяжёлое, словно борется за каждый вдох. И резкий запах ацетона - его невозможно ни с чем перепутать.
Секунды тянутся. В голове только одно: нужно понять - сахар высоко или низко?
Глюкометр пищит, на экране - «HI». Всё ясно: гипергликемическая кома.
Мы действуем автоматически, без лишних слов: кислород, вена, капельница.
Родные стоят рядом, цепляются за каждый мой взгляд, как за надежду.
Пациента срочно доставили в реанимацию.
Иногда достаточно «забыть» уколоть инсулин - и за считаные часы привычная жизнь превращается в борьбу за дыхание.
Каждый такой вызов напоминает: мы идём к людям не просто с чемоданом лекарств, а с шансом. Иногда - с последним.
Голос реанимации. Подписывайся
Открывает дверь встревоженная женщина: «Он не просыпается, помогите…»
В комнате - мужчина шестидесяти лет. Лежит неподвижно, глаза закрыты. Кожа сухая, дыхание тяжёлое, словно борется за каждый вдох. И резкий запах ацетона - его невозможно ни с чем перепутать.
Секунды тянутся. В голове только одно: нужно понять - сахар высоко или низко?
Глюкометр пищит, на экране - «HI». Всё ясно: гипергликемическая кома.
Мы действуем автоматически, без лишних слов: кислород, вена, капельница.
Родные стоят рядом, цепляются за каждый мой взгляд, как за надежду.
Пациента срочно доставили в реанимацию.
Иногда достаточно «забыть» уколоть инсулин - и за считаные часы привычная жизнь превращается в борьбу за дыхание.
Каждый такой вызов напоминает: мы идём к людям не просто с чемоданом лекарств, а с шансом. Иногда - с последним.
Голос реанимации. Подписывайся