удущего форта.

удущего форта. Соседи дружно возводили укрепление против самих себя и совершенно не задумывались об этом. К началу сумерек Козлову предлагали остаться на ночлег чуть ли не в каждом доме поселка. Хозяева так усердствовали, что едва не подрались за право приютить гостя. Козлов предпочел вежливо сбежать в город, сославшись на ранний подъем и работу.

— Ты чего такой возбужденный? — спросила с тревогой в голосе жена, когда Козлов вернулся с их нового участка.

— С-с-соседи, — только и смог он выдавить из себя. Говорить было тяжело: шашлык стоял в горле.

— Плохие, да? Я так боялась, что нам там будет сложно после города. Ну ничего, забор поставим, собаку купим злую как черт, камеры настроим. Как думаешь?

Козлов не думал. Он боялся даже заикаться про это, потому что в ответ соседи могли привести ему целую роту собак и запустить для него и его семьи отдельный спутник для наблюдения. Лучше молчать.

Через два дня забор с двумя калитками и большими распашными воротами был готов, а Козлов против собственной воли знал по именам всех соседей, был приглашен на тринадцать дней рождения, две свадьбы и одни поминки и, сам не понимая как, успел стать крестным отцом.

И вот когда он с семьей приехал на участок и, загнав машину на новенькую, выложенную щебнем парковку, закрыл ворота, то почувствовал вдруг себя жутко неуютно. Форт был готов. Оставалось возвести мрачный замок и обрасти страшными легендами. Ощущение было, словно это не Козлов отгородился ото всех, а все отгородились от него.

— Как хорошо! — сказала жена и поцеловала мужа в щетинистую щеку. — Забор — это вещь. Вокруг ни души, споко-о-ойно. А ты чего такой кислый? — посмотрела она на супруга, который стоял на носочках, пытаясь выглянуть за ограждение.

— Да не пойму, Володька дома или нет.

— Володька?

— Ну да, сосед. Хотел зайти к ним, познакомить вас.

— А зачем? — не поняла жена. — Может, не надо? Я, наоборот, хотела за город, чтобы соседей не видеть каждый день.

— Да я тоже, — всё еще заглядывая поверх неприступной стены, сказал Козлов. — Но, знаешь, мне кажется, лишний он — глухой забор. Можно же было сетку натянуть или небольшой аккуратный палисадничек просто сделать.

— Я тебя не узнаю́… Ты сам всегда хотел жить в крепости.

— Хотел. Но на нас ведь никто нападать не собирается. Ладно, поехали домой. Мне завтра всё равно сюда возвращаться.

— Зачем? Я думала, забор готов, а дом мы только в следующем году начнем строить…

— Мы — да. А Толику Глебову завтра надо помочь крышу перекрыть.

Автор: Александр Райн