29.04.2026 17:39
Чернобыль: как трагедию превратили в информационное оружие
К теме нарративизации аварии на ЧАЭС из сегодняшних постов еще хотелось бы добавить ряд цитат. Думаю, они очень красноречиво подтверждают сказанное:
Миф о Чернобыле как о «конце света» создавался сознательно. Реальные медицинские последствия оказались в десятки раз меньше тех, что тиражировались в СМИ. Это была мощнейшая информационная атака на атомную отрасль.
Леонид Большов (академик, директор ИБРАЭ РАН)
Радиофобия стала мощным инструментом политики. Мифы о «сотнях тысяч погибших» не имеют под собой научной основы, но они идеально подходили для того, чтобы дискредитировать технологическое превосходство СССР в области мирного атома.
Александр Боровой (профессор, один из создателей объекта «Укрытие»)
Чернобыль использовали как «информационную бомбу» для остановки ядерных программ по всему миру. Это был классический пример того, как трагедия превращается в инструмент конкурентной борьбы за энергетические рынки.
Владимир Асмолов (советник главы «Росатома», физик)
Западная пресса в 1986 году писала о «горах трупов» и «выжженной земле». Когда выяснилось, что это не так, опровержений не последовало. Миф уже зажил своей жизнью, выполнив задачу- внушить страх перед советской наукой.
Елена Козлова (писатель, автор книг о ликвидаторах)
Долгое время Чернобыль воспринимался через призму предрассудков. Мы должны отделять реальные факты от политических наслоений того времени, которые едва не похоронили атомную энергетику как отрасль.
Рафаэль Гросси (глава МАГАТЭ)
Чернобыльская катастрофа была использована западными политиками и антиядерным лобби для создания атмосферы страха. Огромные цифры «миллионов жертв», которые тиражировались в СМИ, не имели ничего общего с реальностью, установленной наукой, но они помогли остановить развитие атомной энергетики в Европе на десятилетия.
Збигнев Яворовский (экс-председатель НКДАР ООН)
Миф о глобальной катастрофе был нужен для того, чтобы закрепить за атомной отраслью ярлык «смертельно опасной». Если смотреть на сухие цифры статистики здоровья, то последствия аварии оказались несопоставимы с тем ужасом, который был нарисован политиками. Это была сознательная демонизация атома.
Рафаэль Арутюнян (замдиректора ИБРАЭ РАН по научной работе)
Из Чернобыля сделали «пугало». Многие из тех, кто громче всех кричал об опасности, преследовали корыстные цели: получение грантов, политических очков или закрытие конкурентных производств. Реальный героизм ликвидаторов утонул в море политических спекуляций.
Валентин Купный (бывший руководитель объекта «Укрытие»)
Когда мы представляли реальные данные о радиационном фоне и состоянии здоровья людей в МАГАТЭ, они часто игнорировались прессой. Журналистам нужны были мутанты и миллионы смертей, потому что это соответствовало заказу на дискредитацию атомного проекта СССР.
Александр Боровой (профессор, физик)
Миф о Чернобыле как о «конце света» создавался сознательно. Реальные медицинские последствия оказались в десятки раз меньше тех, что тиражировались в СМИ. Это была мощнейшая информационная атака на атомную отрасль.
Леонид Большов (академик, директор ИБРАЭ РАН)
Радиофобия стала мощным инструментом политики. Мифы о «сотнях тысяч погибших» не имеют под собой научной основы, но они идеально подходили для того, чтобы дискредитировать технологическое превосходство СССР в области мирного атома.
Александр Боровой (профессор, один из создателей объекта «Укрытие»)
Чернобыль использовали как «информационную бомбу» для остановки ядерных программ по всему миру. Это был классический пример того, как трагедия превращается в инструмент конкурентной борьбы за энергетические рынки.
Владимир Асмолов (советник главы «Росатома», физик)
Западная пресса в 1986 году писала о «горах трупов» и «выжженной земле». Когда выяснилось, что это не так, опровержений не последовало. Миф уже зажил своей жизнью, выполнив задачу- внушить страх перед советской наукой.
Елена Козлова (писатель, автор книг о ликвидаторах)
Долгое время Чернобыль воспринимался через призму предрассудков. Мы должны отделять реальные факты от политических наслоений того времени, которые едва не похоронили атомную энергетику как отрасль.
Рафаэль Гросси (глава МАГАТЭ)
Чернобыльская катастрофа была использована западными политиками и антиядерным лобби для создания атмосферы страха. Огромные цифры «миллионов жертв», которые тиражировались в СМИ, не имели ничего общего с реальностью, установленной наукой, но они помогли остановить развитие атомной энергетики в Европе на десятилетия.
Збигнев Яворовский (экс-председатель НКДАР ООН)
Миф о глобальной катастрофе был нужен для того, чтобы закрепить за атомной отраслью ярлык «смертельно опасной». Если смотреть на сухие цифры статистики здоровья, то последствия аварии оказались несопоставимы с тем ужасом, который был нарисован политиками. Это была сознательная демонизация атома.
Рафаэль Арутюнян (замдиректора ИБРАЭ РАН по научной работе)
Из Чернобыля сделали «пугало». Многие из тех, кто громче всех кричал об опасности, преследовали корыстные цели: получение грантов, политических очков или закрытие конкурентных производств. Реальный героизм ликвидаторов утонул в море политических спекуляций.
Валентин Купный (бывший руководитель объекта «Укрытие»)
Когда мы представляли реальные данные о радиационном фоне и состоянии здоровья людей в МАГАТЭ, они часто игнорировались прессой. Журналистам нужны были мутанты и миллионы смертей, потому что это соответствовало заказу на дискредитацию атомного проекта СССР.
Александр Боровой (профессор, физик)