30.05.2026 06:48
14 (26) мая 1896 года в Москве состоялась коронация нового императора — Николая II.
14 (26) мая 1896 года в Москве состоялась коронация нового императора — Николая II.
Народные торжества по этому поводу, назначенные на 30 мая, должны были быть грандиозными.
Местом проведения мероприятия выбрали Ходынское поле, которое служило учебным плацем для войск Московского гарнизона. Однако это было не самое удачное место для таких мероприятий: множество пробоин и ям от добычи песка и глины, рядом - овраг. К тому же, так как территорию использовали как военный полигон, из‑за этого там появились рвы и траншеи.
Но поскольку там же тринадцать лет назад без существенных эксцессов прошла коронация Александра III, поле сочли приемлемым для размещения 400 тысяч человек. Из этих расчётов на поддержание порядка выделили 1800 полицейских. Организацией мероприятия руководил родной дядя царя, московский генерал‑губернатор, великий князь Сергей Александрович.
К коронационным торжествам готовились основательно. Выстроили новые павильоны, балаганы, временные «театры», лавки и специальные бараки для бесплатной раздачи 30 тысяч вёдер пива и 10 тысяч вёдер мёда, а также 150 ларьков для раздачи сувениров, «царских гостинцев». Приготовили 400 тысяч подарочных наборов, в которые уложили: памятную эмалированную кружку с царскими вензелями, булку от Филиппова, полфунта (227 граммов) колбасы, пряник с вензелями, конфеты и грецкие орехи. Все эти дары упаковывались в специальный юбилейный платок, изготовленный на Прохоровской мануфактуре.
Люди стали стягиваться ещё с вечера. А в пять часов утра 30 мая на поле собралось более 500 тысяч человек. Самое страшное началось, когда в толпе пополз слух, что подарков всем не хватит, потому что буфетчики забирают их себе или раздают своим близким. Начался штурм ларьков, давка захлестнула поле. Буфетчики, понимая, что не смогут сдержать напор, начали бросать кульки с подарками в толпу, что только ухудшило ситуацию.
«Почти невозможно было держаться против толпы. А там, впереди, около будок, по ту сторону рва, вой ужаса: к глиняной вертикальной стене обрыва, выше роста человека, прижали тех, кто первый устремился к будкам. Прижали, а толпа сзади всё плотнее и плотнее набивала ров, который образовал сплошную спрессованную массу воющих людей. Кое‑где выталкивали наверх детей, и они ползли по головам и плечам народа на простор»,
— вспоминал свидетель трагедии знаменитый журналист и краевед Москвы Владимир Гиляровский.
Жертвами трагедии стали 1379 убитых и более 900 раненых.
По прибытии полиция начала убирать тела раненых и убитых, вывозя их в том числе на телегах, на которых ранее привезли подарки.
А далее император совершил фатальную ошибку: он решил не отменять дальнейшие торжества.
Вечером празднования продолжили в Кремлёвском дворце, а затем состоялся бал у французского посла. Дядя императора, великий князь Сергей Александрович, писал:
«Николаю II советовали не приезжать на бал, но царь высказался, что, хотя Ходынская катастрофа — это величайшее несчастье, она не должна омрачать праздника коронации».
Запись из дневника императора гласит:
«До сих пор всё шло, слава Богу, как по маслу, а сегодня случился великий грех. Толпа, ночевавшая на Ходынском поле в ожидании начала раздачи обеда и кружки, напёрла на постройки, и тут произошла страшная давка, причём, ужасно представить, потоптано около 1400 человек!! Я об этом узнал в 10½ ч. перед докладом Ванновского; отвратительное впечатление осталось от этого известия. В 12½ завтракали, и затем Аликс и я отправились на Ходынку на присутствование при этом печальном „народном празднике“. Собственно, там ничего не было; смотрели из павильона на громадную толпу, окружавшую эстраду, на которой музыка всё время играла гимн и „Славься“».
И то, что позже императорская семья пожертвовала в пользу пострадавших 80 тысяч рублей и разослала по больницам тысячу бутылок мадеры для раненых, никак не могло изменить того факта, что бал у французского посла царь поставил выше народной трагедии.
Народные торжества по этому поводу, назначенные на 30 мая, должны были быть грандиозными.
Местом проведения мероприятия выбрали Ходынское поле, которое служило учебным плацем для войск Московского гарнизона. Однако это было не самое удачное место для таких мероприятий: множество пробоин и ям от добычи песка и глины, рядом - овраг. К тому же, так как территорию использовали как военный полигон, из‑за этого там появились рвы и траншеи.
Но поскольку там же тринадцать лет назад без существенных эксцессов прошла коронация Александра III, поле сочли приемлемым для размещения 400 тысяч человек. Из этих расчётов на поддержание порядка выделили 1800 полицейских. Организацией мероприятия руководил родной дядя царя, московский генерал‑губернатор, великий князь Сергей Александрович.
К коронационным торжествам готовились основательно. Выстроили новые павильоны, балаганы, временные «театры», лавки и специальные бараки для бесплатной раздачи 30 тысяч вёдер пива и 10 тысяч вёдер мёда, а также 150 ларьков для раздачи сувениров, «царских гостинцев». Приготовили 400 тысяч подарочных наборов, в которые уложили: памятную эмалированную кружку с царскими вензелями, булку от Филиппова, полфунта (227 граммов) колбасы, пряник с вензелями, конфеты и грецкие орехи. Все эти дары упаковывались в специальный юбилейный платок, изготовленный на Прохоровской мануфактуре.
Люди стали стягиваться ещё с вечера. А в пять часов утра 30 мая на поле собралось более 500 тысяч человек. Самое страшное началось, когда в толпе пополз слух, что подарков всем не хватит, потому что буфетчики забирают их себе или раздают своим близким. Начался штурм ларьков, давка захлестнула поле. Буфетчики, понимая, что не смогут сдержать напор, начали бросать кульки с подарками в толпу, что только ухудшило ситуацию.
«Почти невозможно было держаться против толпы. А там, впереди, около будок, по ту сторону рва, вой ужаса: к глиняной вертикальной стене обрыва, выше роста человека, прижали тех, кто первый устремился к будкам. Прижали, а толпа сзади всё плотнее и плотнее набивала ров, который образовал сплошную спрессованную массу воющих людей. Кое‑где выталкивали наверх детей, и они ползли по головам и плечам народа на простор»,
— вспоминал свидетель трагедии знаменитый журналист и краевед Москвы Владимир Гиляровский.
Жертвами трагедии стали 1379 убитых и более 900 раненых.
По прибытии полиция начала убирать тела раненых и убитых, вывозя их в том числе на телегах, на которых ранее привезли подарки.
А далее император совершил фатальную ошибку: он решил не отменять дальнейшие торжества.
Вечером празднования продолжили в Кремлёвском дворце, а затем состоялся бал у французского посла. Дядя императора, великий князь Сергей Александрович, писал:
«Николаю II советовали не приезжать на бал, но царь высказался, что, хотя Ходынская катастрофа — это величайшее несчастье, она не должна омрачать праздника коронации».
Запись из дневника императора гласит:
«До сих пор всё шло, слава Богу, как по маслу, а сегодня случился великий грех. Толпа, ночевавшая на Ходынском поле в ожидании начала раздачи обеда и кружки, напёрла на постройки, и тут произошла страшная давка, причём, ужасно представить, потоптано около 1400 человек!! Я об этом узнал в 10½ ч. перед докладом Ванновского; отвратительное впечатление осталось от этого известия. В 12½ завтракали, и затем Аликс и я отправились на Ходынку на присутствование при этом печальном „народном празднике“. Собственно, там ничего не было; смотрели из павильона на громадную толпу, окружавшую эстраду, на которой музыка всё время играла гимн и „Славься“».
И то, что позже императорская семья пожертвовала в пользу пострадавших 80 тысяч рублей и разослала по больницам тысячу бутылок мадеры для раненых, никак не могло изменить того факта, что бал у французского посла царь поставил выше народной трагедии.