слово оказывалось решающим.

слово оказывалось решающим. Хотя он и не настаивал, говорил только:
– Так нельзя. Нехорошо это.
И улыбался, как будто сказать хотел: «Ну вы же понимаете?»
И все понимали.
***
А однажды Ваньке стало плохо прямо в школе. Потом уже все узнали, что сердце у него серьезно барахлит. Потому и хилый такой, болезненный.
– Но и сильный такой поэтому же, – считает Галина. – Он же часто в больницах лежал. Нам тогда не говорили почему. Потом все выяснилось. Понимал он, наверное (это я так думаю), что в любой момент может умереть, и как-то в его душе главное от второстепенного отделилось. Он в храм не ходил, тогда никто из нас не ходил, но как будто Господь ему что-то подсказывал. Бог же к таким людям близко очень. Подсказывал, что главное – это любовь. Вот Ванька и спешил любить. И мы все на эту его любовь откликались, хоть и глупыми были.
Да, стало Ваньке плохо. Упал он прямо в классе. Губы посинели, дышал тяжело. Учительница побежала к телефону скорую вызывать.
А мы, одноклассники, столпились вокруг него: «Ванька, Ванька, ты что?!! Вань! Не умирай!», – вспоминала Галина. – А он и тогда улыбался – слабо так. И вдруг в тот момент я подумала про бабушкиного Бога. Руки сложила на груди и закричала почти: «Бог! Сделай так, чтобы Ванька наш не умер!» И так искренне у меня это было. Так я боялась, что он умрет сейчас, и не будет у нас нашего Ваньки. Тихого, доброго. И улыбки его не будет. Смотрю: кто-то из одноклассников плачет. А кто-то тоже руки, как я, сложил и шепчет: «Бог! Спаси Ваньку». Учительница вернулась, услышала, отругала нас за этого Бога – время-то советское… Но, смотрю, отвернулась она от нас и перекрестилась незаметно…
***
Ванька не умер. В больнице пролежал и вернулся в школу. Ох, и рады ему все были!
– Мы ему и в больницу гостинцы передавали. И к маме его с бабушкой домой ходили, поддерживали, – рассказывала Галина. – Они втроем жили. – И хотя мы больше про Бога не говорили, но чувствовали, что и сам Ванька, и та наша молитва детская очень нас сплотили. Мы как будто стали семьей.
Умер Ванька за полтора года до окончания школы. Не выдержало сердце, увы… Прощались с ним всем классом и понять не могли, как же дальше без него… Плакали.
– Но мне бабушка, еще живая тогда, сказала: «А ты молись за него – и почувствуешь, что он рядом». Да он и так всегда рядом с нами был, до конца школы. Что бы мы ни делали, ни решали, всегда думали: «А что бы Ванька наш сказал?..» Помнили его.
Прошли годы… Выросли те дети, разлетелись кто куда. Времена изменились. И однажды, на встрече выпускников, заговорили они о Ваньке, о том дне, когда ему стало плохо в классе. И когда молились они, по-детски и неумело. Плакали, Бога просили, чтобы жил он. И оказалось, что многих из них потом в храм привела именно та искорка, которая в тот далекий миг загорелась в сердцах. След, что оставила в душах та первая в их жизни молитва. Как будто Господь коснулся. Но поймут они это позже…
– Вот такой была моя первая молитва, – закончила Галина. – Благодаря Ваньке. Да многих из нас он привел к Богу. Не сразу, но привел. Знаешь, ведь правда, когда говорят: «Спасись сам – и тысячи вокруг тебя спасутся». Ванька наш был таким, что мы рядом с ним грелись и менялись. Души навстречу Господу открывались. Хотя мы сами этого не понимали. Божий человечек, очень мало таких.
Елена Кучеренко
20 декабря 2022 г.