Находка отца на даче под Серпуховом: соседка поливала ядом 15 лет
Наша дача — шесть соток под Серпуховом. Старый дом, который дед построил в семьдесят втором, когда ещё не было ни забора, ни дороги, ни даже электричества. Фундамент из шлакоблоков, стены из бруса, крыша, которую перекрывали четыре раза. Дом стоит криво, скрипит на ветру и пахнет сыростью, старой олифой и теми годами, когда люди строили не для красоты, а чтобы было куда привезти ребёнка на лето.
Я здесь вырос. Мои дети здесь выросли. Отец мой, Пётр Андреевич, семьдесят два года, до сих пор приезжает в апреле, уезжает в октябре и каждый год делает одно и то же: копает, сажает, поливает, ждёт. А потом собирает урожай — и половина его мёртвая. Пятнадцать лет подряд.
Всё, что растёт вдоль правого забора — на границе с участком Зинаиды Константиновны — гибнет. Помидоры чернеют. Огурцы скручиваются. Клубника покрывается белым налётом и рассыпается в руках, как пепел. Смородина, которую мать сажала ещё при жизни, засохла за одно лето.
Отец списывал на почву. На тень от забора. На «может, сорт не тот». Но я видел, как он стоит у грядки и смотрит на мёртвые кусты с тем выражением, с которым люди смотрят не на растения — а на несправедливость, которую не могут доказать.
Зинаида Константиновна. Шестьдесят лет. Бывшая бухгалтер. Женщина из тех, у кого забор всегда выше, газон всегда зеленее, и голос всегда звучит так, будто она ведёт собрание ТСЖ. У неё был один принцип: соседи существуют для того, чтобы их контролировать.
Конфликт начался давно — ещё с моей матери. Из-за дерева, которое «бросало тень на теплицу». Мать отказалась пилить. Зинаида с того дня здоровалась сквозь зубы, а через год дерево засохло само. Совпадение. Потом засохло второе. Потом земля вдоль забора стала странно пахнуть — кисловато, химически, будто кто-то пролил что-то не туда.
Отец молчал. Не из слабости. Из усталости. Из той мужской усталости, когда ты семьдесят лет живёшь по правилу «не трогай — не тронут», а потом понимаешь, что тебя трогали все эти годы, просто тихо.
В сентябре отец решил выкопать старый куст крыжовника — последний, что ещё держался у забора. Лопата ушла в землю на два штыка — и звякнула обо что-то...ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ