28.05.2026 13:01
Совладелец Совкомбанка Хотимский заявил о «безволии государства» по вопросу ультракрепкого рубля и связал его с «голландской болезнью».
Совладелец Совкомбанка Хотимский заявил о «безволии государства» по вопросу ультракрепкого рубля и связал его с «голландской болезнью».
Незнание недавней экономической истории Хотимскому простительно: он банкир, умные книжки вряд ли читал, а в советниках у него либо поколение ЕГЭ, либо упертые ясинские выкормыши.
«Голландская болезнь» возникает, когда в страну вследствие взрывного (как правило, сырьевого) экспорта или роста котировок commodities начинает поступать огромное количество валюты. Курс укрепляется, промышленность хиреет, безработица растет.
Ничего подобного у нас нет. Хотя бы потому, что Россия изолирована от евро-долларовой финансовой системы, есть ФНБ, а до половины нефтегазового экспорта торгуется в рублях. Вдобавок сырьевые экспортеры избавлены от необходимости возвращать валюту.
Тем не менее, в одном Хотимский категорически прав: налицо трагическое «безволие государства». Курс рубля приносится в жертву ложным концепциям главтетеньки из ЦБ, борющейся с инфляцией всеми доступными ей способами, в т.ч., курсом.
Мандат у нее такой – устойчивость рубля и борьба с инфляцией.
Оборотную сторону «борьбы» видят все, не только банкиры. Бюджет в дефиците, конкурентоспособность падает, экономика в шаге от рецессии, инвестиций нет, нацпроекты «сдвигаются вправо».
Тут бы проявить твердость характера «государству» (мы знаем, как зовут это «государство»), но на той стороне «безволие», о котором высказался Хотимский (понимаем – за ним большой банковский актив). Притом, что у банкиров сейчас «все хорошо».
Хотя «государство», судя по Конституции, должно денно и нощно трудиться во имя всестороннего развития страны и ее граждан.
Незнание недавней экономической истории Хотимскому простительно: он банкир, умные книжки вряд ли читал, а в советниках у него либо поколение ЕГЭ, либо упертые ясинские выкормыши.
«Голландская болезнь» возникает, когда в страну вследствие взрывного (как правило, сырьевого) экспорта или роста котировок commodities начинает поступать огромное количество валюты. Курс укрепляется, промышленность хиреет, безработица растет.
Ничего подобного у нас нет. Хотя бы потому, что Россия изолирована от евро-долларовой финансовой системы, есть ФНБ, а до половины нефтегазового экспорта торгуется в рублях. Вдобавок сырьевые экспортеры избавлены от необходимости возвращать валюту.
Тем не менее, в одном Хотимский категорически прав: налицо трагическое «безволие государства». Курс рубля приносится в жертву ложным концепциям главтетеньки из ЦБ, борющейся с инфляцией всеми доступными ей способами, в т.ч., курсом.
Мандат у нее такой – устойчивость рубля и борьба с инфляцией.
Оборотную сторону «борьбы» видят все, не только банкиры. Бюджет в дефиците, конкурентоспособность падает, экономика в шаге от рецессии, инвестиций нет, нацпроекты «сдвигаются вправо».
Тут бы проявить твердость характера «государству» (мы знаем, как зовут это «государство»), но на той стороне «безволие», о котором высказался Хотимский (понимаем – за ним большой банковский актив). Притом, что у банкиров сейчас «все хорошо».
Хотя «государство», судя по Конституции, должно денно и нощно трудиться во имя всестороннего развития страны и ее граждан.