31.07.2026 10:33
В вечном споре о мумии ВИЛа неосоветчики обычно выдвигают аргумент об аморальности перезахоронения.
В вечном споре о мумии ВИЛа неосоветчики обычно выдвигают аргумент об аморальности перезахоронения. В этом контексте всегда важно напоминать, а как сами большевики относились к телам своих идеологических оппонентов (не говоря об уничтожении сотен дореволюционных кладбищ по всей стране).
Иоанн Крондштатский был идеологическим врагом №1 для левых всех мастей – от эсеров до большевиков.
Революционеры (в частности, Троцкий) называли его организатором «хулиганских погромов» в Кронштадте, а последователей святого – «бандами».
Будучи прозорливым старцем, он прямо называл революцию «дьявольским делом», а её участников – бесами.
Начиная с 1905 г., отче Иоанн регулярно подвергался травле в либеральной прессе за его ультраконсервативные и монархические убеждения.
Травля святого зашла настолько далеко, что его пастве пришлось не только отвечать в прессе, но и создать собственные организации и объединения для защиты его имени и опровержения клеветы. Самым ярким проявлением этой борьбы стало создание собственных печатных органов. Самыми известными из них были газета «Гроза» и журнал «Кронштадтский маяк».
Святому неоднократно поступали угрозы.
Однажды, во время Божественной литургии, в самый ответственный момент, когда отче Иоанн уже вышел из алтаря со Святой Чашей и готовился причащать верующих, на амвон поднялся распропагандированный, а точнее – забесовлённый, матросик. Дальше произошло страшное кощунство: этот человек прикурил папиросу от лампады, горящей перед иконой. Увидев это, отец Иоанн в недоумении воскликнул: «Что ты делаешь?». Вместо того чтобы опомниться, краснобес резко развернулся и наотмашь ударил священника прямо по лицу. Удар был настолько сильным, что пожилой священник сильно качнулся. Святые Дары расплескались из Чаши на пол и впитались в плиты амвона. Так как их нельзя было вытереть обычной тряпкой, служители поступили так, как предписывает строгость церковного устава в подобных случаях: несколько каменных плит, на которые попали Дaры, были вынуты из пола и торжественно утоплены в море.
Прощание с Иоанном Кронштадтским в 1908 г. стало событием невиданного масштаба.
По свидетельствам очевидцев, свыше 60 тыс. человек приняли участие в траурных мероприятиях. М.Меньшиков, размышляя о значении этих похорон, заметил, что никакая смерть – ни Достоевского, ни Чайковского, ни даже великих полководцев – не проникала так глубоко в народную душу. Только «святой» способен объять всё воображение народное, всю любовь.
«На всём пространстве от Кронштадта до Ораниенбаума и от Балтийского вокзала в Петербурге до Иоанновского монастыря на Карповке стояли огромные толпы плачущего народа» – отмечали современники. Как только гроб с телом отца Иоанна опустили в усыпальницу Иоанновского монастыря на Карповке (Санкт-Петербург), народное почитание приняло устойчивый и массовый характер.
С первого же дня после погребения сюда началось массовое паломничество.
После гос.переворота 1917 г. и установления государственного атеизма, власти сделали всё для того, чтобы поток паломников иссяк:
в 1923 г. монастырь закрыли, имущество вывезли и разграбили, а сестёр арестовали и сослали в лагеря. В 1926 г. решили уничтожить усыпальницу как «рассадник чёрных ворон», но просто выбросить мощи побоялись – были живы родственники, да и народ мог возмутиться. Сначала вход в усыпальницу просто замуровали кирпичом. Но в ГПУ этим остались недовольны. В секретном докладе сотрудник Макаров писал: «оставлять могилу нетронутой, да еще и замурованной, равносильно сохранению могилы». Поэтому мощи решили сокрыть, опустив гроб на 2 метра вниз и залить бетоном, чтобы навсегда прекратить паломничество. Операцию провели тайно.
Но вопреки всем усилиям краснобесов, стереть имя праведника из русских сердец не вышло. Народная тропа не заросла и по сей день, монастырь возрождён, а его лик – один из самых узнаваемых в православном мiре.
#русскиесупергерои
Иоанн Крондштатский был идеологическим врагом №1 для левых всех мастей – от эсеров до большевиков.
Революционеры (в частности, Троцкий) называли его организатором «хулиганских погромов» в Кронштадте, а последователей святого – «бандами».
Будучи прозорливым старцем, он прямо называл революцию «дьявольским делом», а её участников – бесами.
Начиная с 1905 г., отче Иоанн регулярно подвергался травле в либеральной прессе за его ультраконсервативные и монархические убеждения.
Травля святого зашла настолько далеко, что его пастве пришлось не только отвечать в прессе, но и создать собственные организации и объединения для защиты его имени и опровержения клеветы. Самым ярким проявлением этой борьбы стало создание собственных печатных органов. Самыми известными из них были газета «Гроза» и журнал «Кронштадтский маяк».
Святому неоднократно поступали угрозы.
Однажды, во время Божественной литургии, в самый ответственный момент, когда отче Иоанн уже вышел из алтаря со Святой Чашей и готовился причащать верующих, на амвон поднялся распропагандированный, а точнее – забесовлённый, матросик. Дальше произошло страшное кощунство: этот человек прикурил папиросу от лампады, горящей перед иконой. Увидев это, отец Иоанн в недоумении воскликнул: «Что ты делаешь?». Вместо того чтобы опомниться, краснобес резко развернулся и наотмашь ударил священника прямо по лицу. Удар был настолько сильным, что пожилой священник сильно качнулся. Святые Дары расплескались из Чаши на пол и впитались в плиты амвона. Так как их нельзя было вытереть обычной тряпкой, служители поступили так, как предписывает строгость церковного устава в подобных случаях: несколько каменных плит, на которые попали Дaры, были вынуты из пола и торжественно утоплены в море.
Прощание с Иоанном Кронштадтским в 1908 г. стало событием невиданного масштаба.
По свидетельствам очевидцев, свыше 60 тыс. человек приняли участие в траурных мероприятиях. М.Меньшиков, размышляя о значении этих похорон, заметил, что никакая смерть – ни Достоевского, ни Чайковского, ни даже великих полководцев – не проникала так глубоко в народную душу. Только «святой» способен объять всё воображение народное, всю любовь.
«На всём пространстве от Кронштадта до Ораниенбаума и от Балтийского вокзала в Петербурге до Иоанновского монастыря на Карповке стояли огромные толпы плачущего народа» – отмечали современники. Как только гроб с телом отца Иоанна опустили в усыпальницу Иоанновского монастыря на Карповке (Санкт-Петербург), народное почитание приняло устойчивый и массовый характер.
С первого же дня после погребения сюда началось массовое паломничество.
После гос.переворота 1917 г. и установления государственного атеизма, власти сделали всё для того, чтобы поток паломников иссяк:
в 1923 г. монастырь закрыли, имущество вывезли и разграбили, а сестёр арестовали и сослали в лагеря. В 1926 г. решили уничтожить усыпальницу как «рассадник чёрных ворон», но просто выбросить мощи побоялись – были живы родственники, да и народ мог возмутиться. Сначала вход в усыпальницу просто замуровали кирпичом. Но в ГПУ этим остались недовольны. В секретном докладе сотрудник Макаров писал: «оставлять могилу нетронутой, да еще и замурованной, равносильно сохранению могилы». Поэтому мощи решили сокрыть, опустив гроб на 2 метра вниз и залить бетоном, чтобы навсегда прекратить паломничество. Операцию провели тайно.
Но вопреки всем усилиям краснобесов, стереть имя праведника из русских сердец не вышло. Народная тропа не заросла и по сей день, монастырь возрождён, а его лик – один из самых узнаваемых в православном мiре.
#русскиесупергерои