04.06.2026 07:07
Вы помните первый подарок, который получили от мужа или любимого человека?
Вы помните первый подарок, который получили от мужа или любимого человека? Я вот прекрасно помню. И не потому что это был уникальный подарок, вроде гербария, или, наоборот, дорогая вещь. Я помню, поскольку умудрилась расправиться с ним ровно за час.
Однажды, смотря как я стою на кухне и леплю треклятые сырники в старой футболке и простреленных шортах, Арсений от переизбытка чувств воскликнул: «А поехали купим тебе самый красивый домашний костюм!»
— А поехали! – отряхнувшись от муки и ванилина, не сопротивлялась я. — Итальянский!
Мы приехали в торговый центр на поиски итальянского костюма. Искать долго не пришлось, мы быстро наткнулись на знаменитый бренд «Сисимисиписи», предлагающий итальянское качество отшитое юркими китайско-малазийскими ручками.
— Выбирай, что хочешь! – гордо и громко произнёс мой московский Ричард Гир, чтобы слышали все в зале.
– Какой мужчина! – зашушукались продавщицы и сразу же подлетели меня облизывать, будто я та самая безответственная Джулия.
— Нам нужен самый красивый домашний костюм! — ещё громче заявил Ричард, и все поняли, что я не путана, а домохозяйка.
— Вот, нам как раз привезли роскошный абсолютно белый костюм! – вынесли ослепляющее чистотой одеяние продавщицы.
Ходить в кристально-белых одеждах по дому могут только актёры в кино и медики, приехавшие на вызов. Ни одна здравомыслящая женщина, приближающаяся к плите, белое никогда не выберет.
Честно признаться, я всегда хотела ходить по дому в белоснежном костюме, с фарфоровой чашечкой кофею и аристократическим выражением лица. Не хватало, конечно, лестницы, с которой бы я спускалась по утрам, оранжереи, прислуги и конюшни. Всё это обязательно должно быть у женщины в домашнем белом костюме.
Потеряв бдительность и замечтавшись о конюшне с оранжереей, под натиском комплиментов Ричарда Гира и беспардонных облизываний сотрудниц «Сисимисиписи», я согласилась, что женщина имеет право ходить дома в белом костюме.
Ухаживать за обновкой я решила немедленно, чтобы она стала ещё белоснежнее и чище. Закинула покупку в стиральную машину, добавила из корзины с грязным бельём футболок, рубашек трусняков со дна, запустила стирку и в мечтах о конюшне и оранжерее пошла жарить картошку.
Через час, доедая картошечку, заболело сердце. Будто где-то в мире произошло что-то ужасное из-за меня.
— Карин, а что в машинке всё такое розовое? — крикнул Арсений, направляясь в свой кабинет.
— Как розовое? — вскочила я и понеслась на место трагедии.
В барабане крутились вульгарные розовые футболки, трусы, рубашки и мой драгоценный когда-то белый костюм. Отвратительная розовая пена поглотила его и превратила меня из женщины с конюшней и оранжереей в пластиковую барби.
При тщательном досмотре в барабане не было обнаружено ни одной красной или бордовой вещи! Откуда появилась розовая пена?
Расследование длилось 5 минут, пока я смотрела на свой когда-то кристально-белый костюм и рыдала. Арсений тоже расстроился из-за обилия розовых вещей в гардеробе, но его странно-виноватое выражения лица вызывало подозрения.
— Карина, а ты закинула в стирку и мои чёрные трусы, которые лежали на самом дне корзины? — наконец выдал он себя.
— Да, но они же чёрные и не могли покрасить всё в розовый цвет? — захлюпала я.
— Да, ты права...
— Ты что-то не договариваешь! Кто носил твои трусы? — забыла я про проклятый костюм.
— Только я! — заикался Арсений, — просто я однажды ободрал зад и бока, и мазал ссадины фукорцином. Видимо, он на трусах отпечатался.
В голове было так много вопросов: что такое фукорцин, откуда у мужика ссадины под трусами, и кто его мазал?
Как оказалось, фукорцин — это розовая зелёнка, ссадины получил с мужиками на пейнтболе, мазал сам, но всё это уже было неважно. Мои мечты о лестнице, оранжерее, конюшне и белом костюме погубила розовая задница😂
Однажды, смотря как я стою на кухне и леплю треклятые сырники в старой футболке и простреленных шортах, Арсений от переизбытка чувств воскликнул: «А поехали купим тебе самый красивый домашний костюм!»
— А поехали! – отряхнувшись от муки и ванилина, не сопротивлялась я. — Итальянский!
Мы приехали в торговый центр на поиски итальянского костюма. Искать долго не пришлось, мы быстро наткнулись на знаменитый бренд «Сисимисиписи», предлагающий итальянское качество отшитое юркими китайско-малазийскими ручками.
— Выбирай, что хочешь! – гордо и громко произнёс мой московский Ричард Гир, чтобы слышали все в зале.
– Какой мужчина! – зашушукались продавщицы и сразу же подлетели меня облизывать, будто я та самая безответственная Джулия.
— Нам нужен самый красивый домашний костюм! — ещё громче заявил Ричард, и все поняли, что я не путана, а домохозяйка.
— Вот, нам как раз привезли роскошный абсолютно белый костюм! – вынесли ослепляющее чистотой одеяние продавщицы.
Ходить в кристально-белых одеждах по дому могут только актёры в кино и медики, приехавшие на вызов. Ни одна здравомыслящая женщина, приближающаяся к плите, белое никогда не выберет.
Честно признаться, я всегда хотела ходить по дому в белоснежном костюме, с фарфоровой чашечкой кофею и аристократическим выражением лица. Не хватало, конечно, лестницы, с которой бы я спускалась по утрам, оранжереи, прислуги и конюшни. Всё это обязательно должно быть у женщины в домашнем белом костюме.
Потеряв бдительность и замечтавшись о конюшне с оранжереей, под натиском комплиментов Ричарда Гира и беспардонных облизываний сотрудниц «Сисимисиписи», я согласилась, что женщина имеет право ходить дома в белом костюме.
Ухаживать за обновкой я решила немедленно, чтобы она стала ещё белоснежнее и чище. Закинула покупку в стиральную машину, добавила из корзины с грязным бельём футболок, рубашек трусняков со дна, запустила стирку и в мечтах о конюшне и оранжерее пошла жарить картошку.
Через час, доедая картошечку, заболело сердце. Будто где-то в мире произошло что-то ужасное из-за меня.
— Карин, а что в машинке всё такое розовое? — крикнул Арсений, направляясь в свой кабинет.
— Как розовое? — вскочила я и понеслась на место трагедии.
В барабане крутились вульгарные розовые футболки, трусы, рубашки и мой драгоценный когда-то белый костюм. Отвратительная розовая пена поглотила его и превратила меня из женщины с конюшней и оранжереей в пластиковую барби.
При тщательном досмотре в барабане не было обнаружено ни одной красной или бордовой вещи! Откуда появилась розовая пена?
Расследование длилось 5 минут, пока я смотрела на свой когда-то кристально-белый костюм и рыдала. Арсений тоже расстроился из-за обилия розовых вещей в гардеробе, но его странно-виноватое выражения лица вызывало подозрения.
— Карина, а ты закинула в стирку и мои чёрные трусы, которые лежали на самом дне корзины? — наконец выдал он себя.
— Да, но они же чёрные и не могли покрасить всё в розовый цвет? — захлюпала я.
— Да, ты права...
— Ты что-то не договариваешь! Кто носил твои трусы? — забыла я про проклятый костюм.
— Только я! — заикался Арсений, — просто я однажды ободрал зад и бока, и мазал ссадины фукорцином. Видимо, он на трусах отпечатался.
В голове было так много вопросов: что такое фукорцин, откуда у мужика ссадины под трусами, и кто его мазал?
Как оказалось, фукорцин — это розовая зелёнка, ссадины получил с мужиками на пейнтболе, мазал сам, но всё это уже было неважно. Мои мечты о лестнице, оранжерее, конюшне и белом костюме погубила розовая задница😂