Цискаридзе о фильмах Дона Блута: семья и «Все псы попадают в рай»

Если попытаться найти тему, которая объединяет большую часть фильмов Блута, то это будет семья.

«Я понял, что очень многие истории, которые я рассказывал, на самом деле посвящены поиску семьи. Мне кажется, это хорошая тема. Большинство людей способны узнать в ней себя»

Не случайно именно вокруг этой идеи строится «Американская история».

«Эта история пришла от самого Стивена Спилберга. Поэтому мышонка и назвали Фэйвлом. Так звали его дедушку. Он приехал в Америку, спасаясь от проблем, которые существовали в его стране»

История маленького мышонка, потерявшего своих близких и пытающегося найти их в огромном новом мире, оказалась понятной зрителям на всех континентах.

«Все псы попадают в рай»

История появления одного из самых известных фильмов Блута началась задолго до того, как он стал режиссером.

«Я услышал название "Все псы попадают в рай", когда учился в шестом классе. Учительница сидела на столе и читала нам книгу с таким названием. У меня тогда были собаки, и мне очень нравилось думать, что после смерти они попадут в рай.

Спустя много лет, когда у нас уже появилась студия, я решил найти эту книгу. Открыл ее и обнаружил, что там вообще нет никаких историй. Это был просто сборник фотографий собак. Тогда я понял, что учительница сама придумывала истории, делая вид, что читает их из книги.

Но название мне по-прежнему нравилось, поэтому мы решили оставить его и придумать собственную историю»

Даже сегодня режиссер признает, что некоторые сцены фильма получились слишком мрачными.

«Наверное, если бы я делал этот фильм сегодня, я бы не заходил так далеко. Возможно, это было уже немного за гранью»

«Все псы» – пожалуй, самый противоречивый фильм Блута с точки зрения баланса страха и надежды. Сцены в аду (или «адском собачьем приюте»), образы летучих мышей-охранников – это уже не детская страшилка, а почти хоррор. И сам режиссер это признает. Но именно благодаря таким решениям фильм и остался в памяти зрителей.

А точно ли всем детям это нужно?

Все сказанное выше не означает, что каждый ребенок в любом возрасте готов к «страшным сказкам» Дона Блута. Психология развития подсказывает: малыши до 4–5 лет еще не отделяют вымысел от реальности, и хищные динозавры или призрак Распутина могут вызвать не «катарсис», а настоящую психологическую травму.

Дети с повышенной тревожностью или те, кто уже пережил потерю близких, тоже могут отреагировать острее.

Сам Блут в интервью оговаривался, что его фильмы рассчитаны на детей «лет с семи-восьми», но в рекламных кампаниях это часто опускали. Главный нюанс, который стоит вынести родителям и педагогам: страшная сказка работает только тогда, когда она переживается вместе со взрослым, который поможет проговорить страх, досмотреть до счастливого финала и объяснить разницу между экранной угрозой и реальной жизнью.

Блут прав, что без страха нет победы, но из этого не следует, что ребенка нужно бросать в пугающий сюжет одного. Скорее, его фильмы – прекрасный повод для семейного разговора о мужестве, одиночестве и ценности надежды.

Дон Блут убежден, что дети способны понимать гораздо больше, чем принято считать. Страх, по его мнению, не враг хорошей истории. Настоящий враг – отсутствие надежды.

Именно поэтому его герои проходят через самые тяжелые испытания, сталкиваются с самыми пугающими противниками и оказываются в самых безвыходных ситуациях. Чтобы в конце концов доказать: даже в самом темном месте можно найти дорогу к свету.