12.08.2026 17:05
Будешь мне женой!
Будешь мне женой! — ухмыльнулся дядя, подписав бумаги на опекунство. А через несколько дней он велел звать его «милый...
Алене было всего шестнадцать.
Когда мама погибла в аварии, Алена осталась одна. Отца она не знала, и в приюте сообщили, что ближайший родственник — мамин сводный брат, дядя Слава.
Он приехал на старенькой «шестёрке», в пыльной кожанке и с прокуренным голосом.
— Ну чё, сиротка… теперь я за тебя в ответе.
Он поставил жирную подпись под бумагами и даже не глянул на девушку.
С первого же вечера было не по себе: дома грязь, воняет пивом и псами. Алене выделили уголок на раскладушке. Она молчала, терпела.
Однажды утром Слава подошёл слишком близко.
— Будешь мне женой! — ухмыльнулся он, вытирая руки о майку. — Подумаешь, не родная. Никто ж не узнает.
У Алены всё внутри похолодело. Она выскочила из дома и побежала в школу, но не знала, кому сказать. В голове шумело: «Не поверят… Скажут, выдумала…»
Через пару дней он начал…
Алене было всего шестнадцать.
Когда мама погибла в аварии, Алена осталась одна. Отца она не знала, и в приюте сообщили, что ближайший родственник — мамин сводный брат, дядя Слава.
Он приехал на старенькой «шестёрке», в пыльной кожанке и с прокуренным голосом.
— Ну чё, сиротка… теперь я за тебя в ответе.
Он поставил жирную подпись под бумагами и даже не глянул на девушку.
С первого же вечера было не по себе: дома грязь, воняет пивом и псами. Алене выделили уголок на раскладушке. Она молчала, терпела.
Однажды утром Слава подошёл слишком близко.
— Будешь мне женой! — ухмыльнулся он, вытирая руки о майку. — Подумаешь, не родная. Никто ж не узнает.
У Алены всё внутри похолодело. Она выскочила из дома и побежала в школу, но не знала, кому сказать. В голове шумело: «Не поверят… Скажут, выдумала…»
Через пару дней он начал…