12.08.2026 05:35
Он женился на САМОЙ НЕКРАСИВОЙ дочери могущественного человека… но то, что он увидел в БРАЧНУЮ НОЧЬ......
Он женился на САМОЙ НЕКРАСИВОЙ дочери могущественного человека… но то, что он увидел в БРАЧНУЮ НОЧЬ......
Когда Северин Вербицкий положил ладонь на плечо дочери, Мирослава дёрнулась так резко, что чуть не прорвала пером брачную запись. Отец сразу убрал руку и продолжил улыбаться гостям, будто ничего не произошло. Только Остап заметил, как побелели пальцы его невесты.
Около двухсот приглашённых явились в церковь не ради молодожёнов. Всем хотелось увидеть женщину, которую за глаза называли самой уродливой наследницей могущественного рода, и мужчину, который согласился жениться на ней ради спасения разорившейся семьи. За веерами шептались, что Остапу щедро заплатили за способность не замечать внешность будущей жены.
Он действительно вступал в этот брак не по любви. Однако у алтаря его беспокоило уже не лицо Мирославы. Она вздрагивала от каждого неожиданного движения, настороженно следила за людьми позади и держалась так, будто ждала опасности даже посреди торжественной церемонии.
В карете Мирослава почти не разговаривала. Она сидела неестественно прямо, прижимая к себе увядший букет, и смотрела в окно. Остап не стал нарушать молчание, но её странное поведение не выходило у него из головы.
После приезда молодая жена сразу ушла в отведённые ей покои. Дом постепенно затих, слуги разошлись, свечи в коридорах начали догорать. Остап долго пытался убедить себя, что ей просто необходимо побыть одной, однако воспоминание о её испуге у алтаря заставило его подняться.
Он медленно прошёл тёмным коридором, остановился перед закрытой дверью и прислушался. Внутри царила тишина. Остап осторожно постучал, подождал, затем положил ладонь на ручку. Дверь медленно отворилась — и он замер от увиденного…
Когда Северин Вербицкий положил ладонь на плечо дочери, Мирослава дёрнулась так резко, что чуть не прорвала пером брачную запись. Отец сразу убрал руку и продолжил улыбаться гостям, будто ничего не произошло. Только Остап заметил, как побелели пальцы его невесты.
Около двухсот приглашённых явились в церковь не ради молодожёнов. Всем хотелось увидеть женщину, которую за глаза называли самой уродливой наследницей могущественного рода, и мужчину, который согласился жениться на ней ради спасения разорившейся семьи. За веерами шептались, что Остапу щедро заплатили за способность не замечать внешность будущей жены.
Он действительно вступал в этот брак не по любви. Однако у алтаря его беспокоило уже не лицо Мирославы. Она вздрагивала от каждого неожиданного движения, настороженно следила за людьми позади и держалась так, будто ждала опасности даже посреди торжественной церемонии.
В карете Мирослава почти не разговаривала. Она сидела неестественно прямо, прижимая к себе увядший букет, и смотрела в окно. Остап не стал нарушать молчание, но её странное поведение не выходило у него из головы.
После приезда молодая жена сразу ушла в отведённые ей покои. Дом постепенно затих, слуги разошлись, свечи в коридорах начали догорать. Остап долго пытался убедить себя, что ей просто необходимо побыть одной, однако воспоминание о её испуге у алтаря заставило его подняться.
Он медленно прошёл тёмным коридором, остановился перед закрытой дверью и прислушался. Внутри царила тишина. Остап осторожно постучал, подождал, затем положил ладонь на ручку. Дверь медленно отворилась — и он замер от увиденного…