Мам, мы уезжаем от папы навсегда?

Мам, мы уезжаем от папы навсегда? - спросил сын, пока я после очередных побоев паковала чемоданы. В дверь уже стучала свекровь с шампанским: «Открывай, я пришла отметить с сыном твой отъезд!» Но когда дверь распахнулась, её ждал неприятный сюрприз.

Утро началось с ощущения жгучей боли в щеке Анны. Не сразу определила, что причина – пощёчина или пролитые слёзы. За окном ещё царила тьма, а на электронном табло часов высвечивались цифры 5:47.

На диване, словно хозяин вселенной, развалился Игорь, от которого исходил запах вчерашнего алкоголя и табачного дыма, он громко храпел.

Тщательно прислушиваясь к откликам своего тела, Анна осторожно поднялась с кровати. В районе ребра ощущалась тупая боль – там, где вчера муж толкнул её о дверной проём. Не сильно, как обычно.

Игорь никогда не наносил увечья, оставляющие явные следы. Его удары были рассчитаны так, чтобы потом можно было отрицать произошедшее: "Да что ты выдумываешь, я и пальцем тебя не тронул!"

Однако гематомы всё равно проявлялись – на боках, плечах, а однажды даже на бедре, после того, как он запустил в неё пультом от телевизора.

Анна приспособилась носить одежду с длинными рукавами даже в летний зной.

В своей комнате, уткнувшись лицом в подушку, спал их сын. Семилетний мальчик уже научился не вмешиваться в родительские конфликты. Он мастерски делал вид, что не слышит громких криков.

Каждый раз, видя его полные испуга глаза, Анна давала себе клятву: "Всё, больше не могу, завтра мы уедем".

Но наступало утро, и Игорь представал трезвым и раскаявшимся.

Он говорил: "Прости, солнышко, просто выдался тяжёлый день на работе", покупал цветы, целовал руки, и она хотела верить в его искренность, точнее, заставляла себя верить.

Но вчерашний вечер отличался от других. Ссора вспыхнула из-за денег, а точнее, из-за их отсутствия.

Анна попросила денег на еду, но получила отказ. При этом накануне он явился домой в состоянии алкогольного опьянения с новым смартфоном стоимостью в 70 тысяч.

"Это мои деньги, – отрезал он. – Я добытчик, мне и решать, куда их тратить".

"А чем мне кормить ребёнка?" – с дрожью в голосе спросила Анна.

"Иди работай, – пробурчал Игорь. – Дома сидишь, как барыня".

Она зарабатывала 25 тысяч в месяц, работая на дому редактором текстов. Этого хватало на одежду для сына и кое-какие её личные расходы, но на продукты, оплату коммунальных услуг и прочие нужды деньги должен был выделять муж, но он делал это всё реже и в меньшем объёме. Зато его матушка ежемесячно получала от него стабильные 15 тысяч.

"Она же пенсионерка, ей нужна помощь", – объяснял Игорь. И это при том, что Лидия Борисовна владела двухкомнатной квартирой в центре города, которую сдавала за 40 тысяч, и получала вполне приличную пенсию показать полностью