Дмитрий Журавлёв: политическая система и власть в России

Преподаватель ИнРПК, политолог, канд. полит. наук Дмитрий Анатольевич Журавлёв отвечает на вопросы студентов 28 апреля 2026 года

Вам предодобрено 30 000 рублей под 0% на 30 дней

Ставка 0% вы получаете 30 000 рублей и возвращаете 30 000 через 30 дней без переплат!

Получить деньги на карту

Rutube
VK Видео
YouTube

• Создание сложной политической системы на основании простенькой социально-экономической обычно приводит к тому, что не телега превращается в космический корабль, а космические корабли, установленные на телегу, ломаются и перестают работать.
• Если люди живут спокойно и предсказуемо, то у них тут же появляются и мысли о политической системе, и о том, что с ней надо что-то делать. Если у вас люди живут плохо, то факт существования политической системы не интересен в принципе.
• Единственный серьёзный авторитет в стране — это Владимир Владимирович Путин. Все политические подсистемы — партии, парламент, даже правительство —находятся под его контролем, именно его авторитет заставляет людей считаться с этими системами и выполнять его приказ.
• Президент как институт — это хребет нашей политической системы. Пока есть доверие президенту, есть политическая система. Не будет доверия президенту, не будет и политической системы.
• У нас каждая вышестоящая структура держит нижестоящую за горло, и может в любой момент продиктовать ей любые указания. Вертикаль власти строится не на балансе, а на дефиците. Мы – страна, прожившая 70 лет в дефиците, – очень хорошо это умеем делать.
• У нас одна государственная элита – финансовая, других типов элит нет. Она нами правит, и ей не нужен баланс, ей нужна лояльность нижестоящих и доверие вышестоящих.
• У нас нет политических элит, только административные. Поэтому новая политическая элита пока не возникнет, ей возникнуть негде.
• Элита – это всегда ресурс. Если бы был какой-то ресурс, который завтра может создать новую элиту, тогда бы вместе с этим ресурсом появилась бы и новая группа элит. На Западе это может быть информационный ресурс, либо цифровой. У нас цифровой ресурс тоже пока возможен, но ему хорошо внутри себя и там новая группа элит вряд ли появится.
• Главный лозунг нашей информационной системы: мне что сказали, я то и сделал. Откуда здесь появиться новой элите, если указание ей всё равно будет даваться через старую? У нас ещё долго не появится ресурсов, независимых от государственных финансовых групп.
• Зачем народу голосовать за кого-то другого, а не за Путина? Здесь как раз главная задача – не пережестить. Но если начать давить, открывать участки, там, где заведомо проголосуют за начальника, и не открывать там, где не проголосуют, то это плохая работа. Главная задача политологии – это дать возможность людям поддержать нашего кандидата. Больше ничего делать не надо.
• Для политической системы запрет Интернета – это плохой выигрыш. Если вы выиграли за счёт запретов, то в действительности вы сыграли на руку тому, кого вы запрещаете. На первом этапе это даст эффект, а дальше эффект будет отрицательный.
• Интернет замедляется не для того, чтобы кто-то выиграл, интернет замедляется для того, чтобы тот, кому надо, не проиграл. Правда, он и так не проиграет, но, к сожалению, большинство чиновников этого не понимает. Россия живёт в системе административного восторга – мы всегда должны дать президенту больше, чем было раньше. Перевыполнение политического плана – это опасный и вредный советский фетиш.
• На выборах лучше бы выиграть не так много, но более доказательно.
• Сейчас выходит целый ряд публикаций на тему о том, что Путина свергнет его собственное окружение. А им это зачем? Новые люди придут со своим окружением.
• Любой чиновник исходит из того, что ему ничего делать не надо, что он всё уже сделал. А быдло, которое снизу пищит и требует, должно сидеть тихо и выполнять указания. Раз я – государственный чиновник, то вы мне все должны.
• Ситуация очень напряжённая. Причём не за счёт отсутствия ресурсов, а за счёт отсутствия ума. Как говорил Кот Матроскин: «Средства-то у нас есть, у нас ума нет».

ИнРПК