Почему мать не любила Пушкина: история игнора и прощения
Вчера был день рождения Александра нашего всего Сергеевича, но я, увлекшись теннисом, пропустила. Потом я поехала гулять по Питеру и в киношку — смотрела «Коммерсант» с Петровым про 90-е (если вы моего возраста — не советую, если вы ближе к зумерам — сходите).
Так вот про Пушкина и его тяжёлое детство.
Авторитетный исследователь культуры XIX века — Юрий Лотман — называл Пушкина «человеком без детства».
Мать Пушкина — Надежда Осиповна Ганнибал — обожала такие штуки, как игнор. Просто делала вид, что сына не существует. Не общалась, не замечала, не подходила. При этом к младшему сыну — Лёве — подходила и общалась.
Вообще Лёву в семье любили сильно больше, считали его более умным и красивым!
И если вы думаете, что такое продолжалось день или два, то вы ошибаетесь. «Игра в молчанку» могла продолжаться год! При этом Надежда Осиповна никогда не выходила из себя и не повышала голоса.
Когда Александр Сергеевич вырос, съехал и даже женился, то отношения не сильно поменялись. Матери не нравилось, что он «вольнодумец», пишет не пойми чего, квартиру не может купить.
Пушкин не знал, что можно не общаться или заблокировать контакт, поэтому писал матушке письма, называя её не без сарказма «маменькой».
В последние годы жизни Надежда Осиповна тяжело болела. И именно «нелюбимый сын Саша» стал тем человеком, который ухаживал за ней все дни, помогал и хоронил.
В последние дни жизни Надежда Осиповна попросила у сына прощение, и они примирились. Пушкин был счастлив и жаловался, что судьба дала так мало времени «пользоваться нежностью материнскою».
Любимый Лёва не смог быть на похоронах — он служил в это время на Кавказе, а отец Пушкина — Сергей Львович — был так убит горем, что тоже не мог заниматься похоронами.
Александр Сергеевич полностью взял все заботы на себя. Он похоронил мать в Святогорском монастыре и сразу же купил место рядом — чтобы лежать «гораздо ближе друг к другу, чем были при жизни».
Существует такая версия: после смерти матери Пушкина начала одолевать настоящая тоска, и он сам стал искать смерти. И — как мы все знаем — нашел. Меньше, чем через год, он поехал на ту самую дуэль.