03.07.2026 09:58
За 2025 год в Москве закрылось 63 книжных магазина из 185, в Петербурге 16 из 182.
За 2025 год в Москве закрылось 63 книжных магазина из 185, в Петербурге 16 из 182. В Московской области вообще случилась децимация — 24 из 67, в Саратовской области — 14 из 54.
Книжные магазины умирают, как пехота в отчаянной и не очень успешной обороне.
Причин масса. Во-первых, такова эпоха: у людей банальнейшим образом становится меньше денег, а выпуск книг, наоборот, дорожает. Сейчас издать книгу в обычном формате стоит столько, сколько лет пять назад — в подарочном. Читатель смотрит на издателя, как на барыгу, издатель на читателя — как на жадину; на самом деле ни то ни другое — нас разъединяет бессердечная экономика. Маркетплейсы, которые поначалу порадовали было всех доступностью и ассортиментом, вломили книготорговцам комиссии до 40%, и тут ты либо торгуешь себе в убыток, либо сам ломишь совсем космическую цену. Так что просто держим вас в курсе: дешевле, чем на сайте http://chernaya100.com наши книги не купишь нигде.
Новации законодательства тоже не внушают радости: напороться на миллионный штраф для магазина и издательства становится не просто, а очень просто; а для многих маленьких заведений влететь на миллион значит вылететь с рынка.
В этом месте мы могли бы сесть печально у стеллажа, и блеющим голосом запеть «Жаль, подмога не пришла, подкрепленье не прислали».
Но мы так, конечно, делать не будем.
У меня есть совершенно точный ответ на вопрос, почему мы-то ещё не развалились и не пошли по миру. «Черная сотня», издательство «Листва» и лавки. А это очень просто всё: нас держите на плаву вы. Это довольно редкий, возможно уникальный случай: наш маленький издательский домик с лавками держит на плаву комьюнити. Будь мы обычным магазином, обычным издательством, мы бы давно дуба врезали.
Мы этого не делаем ровно потому, что наше читательское сообщество — сплоченное, цельное и очень лояльное. Лояльное и в радости, и в горе, и когда мы на коне, и когда мы лажаем. В наши лавки не завернешь мимоходом — к нам идут специально.
Я обожаю собственные спецсмены, когда за десяток часов получается пообщаться с тремя-четырьмя сотнями людей. Кому-то просто пожимаешь руку и подписываешь книжку, с кем-то получается полноценный разговор обо всем на свете — от Римской империи до космического будущего. И вот вашим буквально добром, вашей любовью и вашим интересом к тому, что мы делаем, мы и живы до сих пор, и покуда люди читают книги, мы будем стоять.
Книжные магазины умирают, как пехота в отчаянной и не очень успешной обороне.
Причин масса. Во-первых, такова эпоха: у людей банальнейшим образом становится меньше денег, а выпуск книг, наоборот, дорожает. Сейчас издать книгу в обычном формате стоит столько, сколько лет пять назад — в подарочном. Читатель смотрит на издателя, как на барыгу, издатель на читателя — как на жадину; на самом деле ни то ни другое — нас разъединяет бессердечная экономика. Маркетплейсы, которые поначалу порадовали было всех доступностью и ассортиментом, вломили книготорговцам комиссии до 40%, и тут ты либо торгуешь себе в убыток, либо сам ломишь совсем космическую цену. Так что просто держим вас в курсе: дешевле, чем на сайте http://chernaya100.com наши книги не купишь нигде.
Новации законодательства тоже не внушают радости: напороться на миллионный штраф для магазина и издательства становится не просто, а очень просто; а для многих маленьких заведений влететь на миллион значит вылететь с рынка.
В этом месте мы могли бы сесть печально у стеллажа, и блеющим голосом запеть «Жаль, подмога не пришла, подкрепленье не прислали».
Но мы так, конечно, делать не будем.
У меня есть совершенно точный ответ на вопрос, почему мы-то ещё не развалились и не пошли по миру. «Черная сотня», издательство «Листва» и лавки. А это очень просто всё: нас держите на плаву вы. Это довольно редкий, возможно уникальный случай: наш маленький издательский домик с лавками держит на плаву комьюнити. Будь мы обычным магазином, обычным издательством, мы бы давно дуба врезали.
Мы этого не делаем ровно потому, что наше читательское сообщество — сплоченное, цельное и очень лояльное. Лояльное и в радости, и в горе, и когда мы на коне, и когда мы лажаем. В наши лавки не завернешь мимоходом — к нам идут специально.
Я обожаю собственные спецсмены, когда за десяток часов получается пообщаться с тремя-четырьмя сотнями людей. Кому-то просто пожимаешь руку и подписываешь книжку, с кем-то получается полноценный разговор обо всем на свете — от Римской империи до космического будущего. И вот вашим буквально добром, вашей любовью и вашим интересом к тому, что мы делаем, мы и живы до сих пор, и покуда люди читают книги, мы будем стоять.