8 часов в месяц — это ничтожно мало: иркутянка рассказала, можно ли работать, если воспитываешь лежачего ребёнка.
Аня — мама 13-летнего Артёма. У мальчика тяжелые множественные нарушения развития. С его рождения женщина практически не отходила от сына ни на шаг. Жизнь — как день сурка: расписание, реабилитации, четыре стены.
"Я была больше 100 кг, не накрашенная, замученная. Не было ни блеска в глазах, ни желания жить", — вспоминает Аня.
Всё изменилось 3 года назад, когда в жизнь Ани вошли волонтеры и психологи. Женщина поверила, что может жить иначе: похорошела, наладила отношения с близкими, а недавно… вышла на работу.
Сегодня Аня — координатор родительского сообщества благотворительного фонда "Семья Прибайкалья". Помогает таким же мамам, как она сама. Работа стала глотком свежего воздуха, да и финансово подспорье (все пособия уходят на реабилитацию). Но есть проблема, которая сводит все усилия на нет: не с кем оставить сына.
С января 2024 года действует Указ Президента, который позволяет родителям детей-инвалидов работать неполный день (или дистанционно) и получать выплату в 10 тысяч рублей. Мера хорошая. Но, как подчеркивают эксперты, маме нужно найти, с кем оставить ребёнка.
Государство выделяет соцработника для присмотра за ребёнком всего на 8 часов в месяц. Что можно успеть за это время? Сходить в магазин или убраться. Но невозможно устроиться на нормальную работу, съездить к врачу или просто выдохнуть. В офис Анна чаще всего приезжает вместе с Тёмой.
❗️ Эксперты Народного фронта изучают тему доступности спорта, ТСР, трудоустройства инвалидов, анализируют обращения мам на прямую линию. В результате направили предложения в правительство Иркутской области. Опираясь на опыт других регионов, где родителям положены десятки часов помощи в месяц, просят увеличить лимит для тяжелых детей до 20 часов в неделю, а также привлекать негосударственных поставщиков соцуслуг, которые подготавливают нянь для особенных детей.
#прямаялиния
Подписаться на НФ