09.04.2026 11:42
По идеологическим причинам в общественном мнении Запада, с удовольствием принятом и отечественными либералами, Россия всегда представлялась этаким кос…
По идеологическим причинам в общественном мнении Запада, с удовольствием принятом и отечественными либералами, Россия всегда представлялась этаким косным государством со свирепствующей цензурой. Но так ли это?
Безусловно, цензура была и в Российской империи, и в СССР. Существовала целая прослойка чиновников – цензоров, следивших за том, чтобы всё интеллектуальное производство помещалось на Прокрустовом ложе государственной идеологии. Что поделать? Строчки из песни не выкинешь. Хотя, на мой взгляд, цензура даже добавляла литературе и прочим видам искусства некоторой качественности. Ведь, зная, что у произведения точно будет хотя бы один читатель (зритель), автор внутренне собирался и выдавал более ответственное произведение. Не случайно, когда государственную цензуру отменили, на нас вывалился целый пласт интеллектуальных экскрементов, получивший название «чернуха 90-х».
Сейчас, кстати, цензуры как таковой нет, вопреки распространенному мнению. Это я, как медиаменеджер с большим бэкграундом утверждаю. Есть законодательные ограничения, запрещающие некоторые виды деструктивной информации, но класс цензоров отсутствует, и при желании можно создавать и распространять практически любые литературные произведения. Иногда – очень даже пограничного содержания (если автор, конечно, готов доказывать, что закон не нарушал).
Из совсем запрещенки есть список произведений, к которым относятся в основном «шедевры» экстремистской направленности. Но в этом случае осуждать меры государственного контроля странновато, так как они призваны, в первую очередь, защищать нашу с вами безопасность.
Так что, если разобраться, не всё так плохо, как иногда нам пытаются рассказать.
А между тем алармисты, обвиняющие нас в косности, почему-то забывают о том, что цензура довольно активно использовалась (и сейчас продолжает) и в странах с древними демократическими традициями. Постоянные скандалы с ББС и разными социальными сетями – тому пример.
Более того, в некоторых странах цензурные ограничения были чем-то само-сабой разумеющимся задолго до того, как данная практика начала применяться в России, и просуществовали там на протяжении нескольких веков.
Например, ни для кого не секрет, что юг Европы всегда был подвержен довольно значительному влиянию Католической церкви. А она, в свою очередь, отменила списки запрещенных книг (к которым относились, в том числе, произведения: Эразма Роттердамского, Вольтера, Даниеля Дефо, Джордано Бруно, Коперника, Галилея, Оноре де Бальзака, Сартра и многих других) лишь 9 апреля 1966 года.
Вдумайтесь, на территории «просвещенной Европы» существовало институциональное ограничение на выпуск определенных авторов. На это мне скажут: ну это же церковь, кто её слушает? А вот, слушают, на самом деле. Достаточно зайти в любую церковь в Риме, любой итальянской, испанской, чешской, австрийской, французской глубинке, даже в будний день, чтобы понять, что слушают и (ещё как!) до сих пор. А до 1966 года слушали значительно внимательнее.
За годы существования запретительного индекса было выпущено более 30 изданий. Первый Индекс был составлен папой Павлом IV в 1559 году, а последние 12 (!) его изданий были выпущены в XX веке.
«И эти люди запрещают нам ковырять в носу» (анекдот про Вовочку и родителей).
#КирЛяпунов
Безусловно, цензура была и в Российской империи, и в СССР. Существовала целая прослойка чиновников – цензоров, следивших за том, чтобы всё интеллектуальное производство помещалось на Прокрустовом ложе государственной идеологии. Что поделать? Строчки из песни не выкинешь. Хотя, на мой взгляд, цензура даже добавляла литературе и прочим видам искусства некоторой качественности. Ведь, зная, что у произведения точно будет хотя бы один читатель (зритель), автор внутренне собирался и выдавал более ответственное произведение. Не случайно, когда государственную цензуру отменили, на нас вывалился целый пласт интеллектуальных экскрементов, получивший название «чернуха 90-х».
Сейчас, кстати, цензуры как таковой нет, вопреки распространенному мнению. Это я, как медиаменеджер с большим бэкграундом утверждаю. Есть законодательные ограничения, запрещающие некоторые виды деструктивной информации, но класс цензоров отсутствует, и при желании можно создавать и распространять практически любые литературные произведения. Иногда – очень даже пограничного содержания (если автор, конечно, готов доказывать, что закон не нарушал).
Из совсем запрещенки есть список произведений, к которым относятся в основном «шедевры» экстремистской направленности. Но в этом случае осуждать меры государственного контроля странновато, так как они призваны, в первую очередь, защищать нашу с вами безопасность.
Так что, если разобраться, не всё так плохо, как иногда нам пытаются рассказать.
А между тем алармисты, обвиняющие нас в косности, почему-то забывают о том, что цензура довольно активно использовалась (и сейчас продолжает) и в странах с древними демократическими традициями. Постоянные скандалы с ББС и разными социальными сетями – тому пример.
Более того, в некоторых странах цензурные ограничения были чем-то само-сабой разумеющимся задолго до того, как данная практика начала применяться в России, и просуществовали там на протяжении нескольких веков.
Например, ни для кого не секрет, что юг Европы всегда был подвержен довольно значительному влиянию Католической церкви. А она, в свою очередь, отменила списки запрещенных книг (к которым относились, в том числе, произведения: Эразма Роттердамского, Вольтера, Даниеля Дефо, Джордано Бруно, Коперника, Галилея, Оноре де Бальзака, Сартра и многих других) лишь 9 апреля 1966 года.
Вдумайтесь, на территории «просвещенной Европы» существовало институциональное ограничение на выпуск определенных авторов. На это мне скажут: ну это же церковь, кто её слушает? А вот, слушают, на самом деле. Достаточно зайти в любую церковь в Риме, любой итальянской, испанской, чешской, австрийской, французской глубинке, даже в будний день, чтобы понять, что слушают и (ещё как!) до сих пор. А до 1966 года слушали значительно внимательнее.
За годы существования запретительного индекса было выпущено более 30 изданий. Первый Индекс был составлен папой Павлом IV в 1559 году, а последние 12 (!) его изданий были выпущены в XX веке.
«И эти люди запрещают нам ковырять в носу» (анекдот про Вовочку и родителей).
#КирЛяпунов