05.04.2026 08:54
https://www.
https://www.geopolitika.ru/article/period-sefevidov-v-istorii-irana
Период между монголами и Сефевидами был свидетелем не только расцвета суфизма, примером чего стало появление таких великих «полюсов» святости, как Мавляна Джалал ад-Дин Руми, Наджм ад-Дин Кубра, Садр ад-Дин аль-Куньяви и им подобных, но это также был период, когда суфизм стал мостом между суннизмом и шиизмом и во многих случаях подготовил почву для распространения последнего. Роль орденов Кубравия, Нурбахшия и Нигматуллахия заслуживает тщательного изучения в свете их отношения к последующему распространению шиизма в Персии через династию суфийского происхождения. Это, в свою очередь, подводит нас к самому ордену Сефевийя — к тем двум с половиной векам, которые отделяют шейха Сафи ад-Дина Ардебили от шаха Исмаила; к трансформации простого суфийского ордена, организованного вокруг святого и аскета, в воинственное движение с крайними шиитскими тенденциями при султанах Джунейде и Хайдаре, и, наконец, к созданию военной базы, сделавшей возможным сефевидское завоевание Персии.
Наконец, что касается политических аспектов религии, то краткое правление шиитов при Мухаммаде Худабанде, а также такие шиитские династии, как Сарбадары в Хорасане, Мушаша в Ираке, равно как и сами сефевидские шейхи, предшествовавшие шаху Исмаилу, представляют собой исторические прецеденты огромной важности. Они указывают на политические и социальные трансформации религиозного характера, которые напрямую связаны со всем вопросом религии в сефевидской Персии.
Период между монголами и Сефевидами был свидетелем не только расцвета суфизма, примером чего стало появление таких великих «полюсов» святости, как Мавляна Джалал ад-Дин Руми, Наджм ад-Дин Кубра, Садр ад-Дин аль-Куньяви и им подобных, но это также был период, когда суфизм стал мостом между суннизмом и шиизмом и во многих случаях подготовил почву для распространения последнего. Роль орденов Кубравия, Нурбахшия и Нигматуллахия заслуживает тщательного изучения в свете их отношения к последующему распространению шиизма в Персии через династию суфийского происхождения. Это, в свою очередь, подводит нас к самому ордену Сефевийя — к тем двум с половиной векам, которые отделяют шейха Сафи ад-Дина Ардебили от шаха Исмаила; к трансформации простого суфийского ордена, организованного вокруг святого и аскета, в воинственное движение с крайними шиитскими тенденциями при султанах Джунейде и Хайдаре, и, наконец, к созданию военной базы, сделавшей возможным сефевидское завоевание Персии.
Наконец, что касается политических аспектов религии, то краткое правление шиитов при Мухаммаде Худабанде, а также такие шиитские династии, как Сарбадары в Хорасане, Мушаша в Ираке, равно как и сами сефевидские шейхи, предшествовавшие шаху Исмаилу, представляют собой исторические прецеденты огромной важности. Они указывают на политические и социальные трансформации религиозного характера, которые напрямую связаны со всем вопросом религии в сефевидской Персии.